И медленно ложилась тень на склон пологий…

И извини меня, но всё-таки хорошо что окончательно обгореть нам здесь сейчас уже просто не суждено.

– Обгореть? Да ты меня смешишь, мы же уже несколько лет назад загорели здесь уже так, что наш цвет кожи стал почти таким-же как и у местных индейцев, так что нас иногда даже путают.

– Да и правда, порой почти не отличить, особенно когда мы выбираемся куда-то на «большую землю».

– Ну, хотя это бывает и не очень часто, но в общем ты прав.

– Ну что, полежим здесь ещё минут 15, и пойдём.

И минут через 20 убрав всё своё пляжное в сумку и взяв свои лёгкие удочки они подошли к ближайшему спуску с этого карниза, спустились часто перепрыгивая с одного большого камня на другой и встав уже на этом каменном плато обошли то место где эта речушка делала последний свой прыжок и немного пройдя вдоль её уже ровного русла остановились на своём месте.

Там этот спокойно протекающий по ровному руслу на этой каменной поверхности поток было просто совсем не узнать и взяв свои удочки они прошли немного дальше по течению и расправив лески кивнули друг другу. Сергей стоявший чуть подальше первый взмахнул длинным лёгким удилищем и легко закинул свою мушку на середину быстрого и ровного потока. Быстрое течение сразу-же подхватило его лёгкую наживку и немного утопив её протащило где-то метров на 15, потом леска внезапно упруго остановилась и чуть подождав очень резко дёрнулась вглубь.

– Есть, – сказал он также уже закинувшему свои снасти Олегу и когда очень сильно сопротивлявшаяся и часто выпрыгивавшая из воды крупная малиново-фиолетовая рыбина с большими ярко пурпурными плавниками была почти у самого берега удочка Олега точно также согнулась и он довольно кивнув Сергею с улыбкой сказал:

– Ну что, а кажется началось.

– Да и не кажется, а точно, – ответил Сергей уже снимая с крючка довольно крупную и упорно ему сопротивлявшуюся рыбину.

– Ну как ты думаешь, – сколько мы их сейчас наловим?

– Когда у каждого будет килограммов по 12 этого улова, тогда сразу-же прекращаем.

– Да, ты прав, если больше, то тогда мы просто не успеем с ними разобраться.

– Совершенно верно, – ответил Сергей снова размахнувшись удочкой и забрасывая свою снасть. – Ведь если мы часть этой рыбы и засолим, то тогда её останется ещё столько, что наша коптильня… Ага, а вот и следующая.

И крепко придерживая почти пополам согнувшуюся удочку он осторожно стал выводить к берегу ещё одну такую-же крупную и упорно сопротивлявшуюся рыбину.