Мамба и Ёнка

Тут Ёнка увидела, как на пустой пляж выбежало, высоко поднимая ноги, семейство: мама с полотенцем на плече, двое детей. Раз-два, побежали! – слышались команды. Дети неохотно, спотыкаясь, бежали следом, спросонья натыкаясь друг на друга. Потом женщина захлопала в ладоши: Раз-два, окунаемся! Дети скулили и ворчали, но мать все же загнала их в воду. И там еще заставляла их проделывать упражнения. И когда они только вошли во вкус, женщина посмотрела на часы: Вылезаем! Раз-два! С нытьем вытащила их на берег, энергично растерла полотенцем.

И-и-и – раз-два, побежали! Семейство убежало. Ёнка с любопытством смотрела на них, потом встала, надо идти, а то скоро все проснутся, займут ее море. Ёнка сделала шаг к выходу, обернулась на Мамбу. Мамба спала безмятежно.

– Мама, я тут буду рядышком. Тебе будет видно, – тихо отпросилась Ёнка, вышла из шатра и, как вылупившийся черепашонок, устремилась к воде неловкими затекшими ногами.

Перед водой она тихо и уважительно присела на корточки и протянула ему обе руки.

– Море, здравствуй, море.

Теплое море нежно погладилось об ее ладошки.

Ёнка рассмеялась, вскочила и распахнула руки, ей хотелось то ли вобрать в себя без остатка мир вокруг, то ли подарить себя без остатка этому миру. Она стояла вся вытянувшись и распростершись, и чуть поворачивалась из стороны в сторону, как антенна-орбита. И когда ей показалось, что она впитала в себя и этот свет, и море, и простор, она захотела обнять море и прижать его к своему сердцу.

Она быстро присела, наклонилась и, окунув руки по плечи, загребла на себя столько воды, сколько удалось. Море чуть притихло задумавшись, и вдруг выплеснуло ей под ноги дары: невиданно огромную кипенно-белую раковину и золотое, блестящее камушком, колечко.

– Ух ты! – прошептала Ёнка. – То есть: спасибо… Какая ракушка… Кто ж в ней жил?

Она положила в раковину колечко и еще обкатанное бутылочное стеклышко, и еще полупрозрачный камушек и загудела в упоении.

– Это корабль.

С сокровищами. Он плывет по волнам, – Ёнка водила раковиной по воде, сгибаясь все ниже, стараясь совместить в створе свою ракушку с белым кораблем, словно нарисованным далеко-далеко, на пересечении воды и неба. Ракушка была огромной, а корабль маленьким.

Из шатра выскочила, откинув полог, встревоженная Мамба. В сон ей толкнулось иголочкой ощущение, что Ёнки рядом нет. Она вымахнула наружу, просыпаясь уже в движении. Черкнула взглядом по горизонту.