Женские мистерики

Насильно мил не будешь. У вас нет совместного будущего, но у каждого по раздельности оно прекрасно!

– Без божества,

Без вдохновенья,

Без слёз, без жизни, без любви…

Сплагиаздил у кого-то, не помню…

Он посмотрел безумными, полными боли глазами Ивана Грозного, только что убившего своего сына, точь-в-точь как с картины Сурикова:

– Я вам так признателен! Спасибо вам огромное от всего сердца, я никогда не забуду вас… Как я могу отблагодарить?

– Там в коридоре стоит чудесный, талантливый мальчик.

У него необыкновенно чистый голос! Поверьте – сама слышала. Он очень нуждается в вашей помощи. Пожалуйста, помогите ему!

– Ну, что ж… Таланту нужно помогать, бездарности пробьются сами!

На выходе из концертного зала, меня догнала раскрасневшаяся Китикэт. Бесцеремонно сунув руку мне в карман, вынула оттуда громоздкий мобильник. Когда она успела его подсунуть, ума не приложу?

– Светик, я у тебя чуть не забыла свой дражайший аппарат. Мерси за аренду хранилища! Ну, давай, пока-пока! – Кити как-то слишком поспешно растворилась в вечерних сумерках.

«Даже не поинтересовалась, о чём мы говорили с Шафраном! – намерилась я оскорбиться, да передумала, – Ну, что с неё взять. Прыгает, как стрекоза. Одним словом журналюшка!»

Дождь припустил с каким-то отчаянным остервенением. Выйдя на родной остановке с наркозависимым бедолагой на плакате, я укрылась от хлёсткого ливня в маленьком круглосуточном магазинчике, что служил пожизненной выручалочкой, всем кому не хватило.

Бомж-сатирик перебрался в укрытие. И тихо посиживал в углу на полу.

Несмотря на отвратительную погоду, на душе у меня было как-то удивительно легко и радостно. Но к радости примешивалось неясное предчувствие новой нежной и обязательно счастливой любви. Нервное напряжение ещё до конца не оставляло, и жутко хотелось курить:

– Девушка, дайте мне сигареты супер лёгкие, пожалуйста.

– Деушшк, а мне водку супер-печень, пожалсста, – моментально в тон мне отреагировал из-под полы юморной бродяга.

Мы все дружно прыснули смехом.

Дома я подробно рассказала Павлику свою невероятную эпопею. Он слушал меня очень внимательно, впившись преданными щенячьими глазами. И роднее, ближе нас не было никого в целом мире. А следующим вечером по телевизору в Катькиной программе, на фоне видеоряда со знакомого концерта услышали следующее:

– Мы идём по коридорам шикарного нового шоу-центра.