Чужие мои дети. 16+

Меня зовут Юлия Ивановна.

Лена глядит, не моргая, обхватив колени так сильно, что на руках явственно проступают голубые прожилки вен.

– Ты – из Приволжского? – Я стараюсь придать голосу как можно больше непосредственности и дружелюбия. – Знаешь, я когда-то бывала в Приволжском, правда давно.

В глазах девочки замечаю искру недоверия – ну хоть что-то!

– Не веришь?

Пожимает плечами.

– Ты на какой улице живёшь?

– Переулок Строителей, – шелестит Ленин голосок.

– Вот так совпадение! А я знаю, где этот переулок.

Там неподалёку есть железнодорожный мост.

Лена часто-часто моргает и, наконец, расцепляет кольцо тонких рук.

– А в конце улицы – детский садик, кажется.

– А что вы делали в Приволжском?

– Я приезжала к однокласснице.

– А как фамилия одноклассницы?

– Коновалова… Не знаешь такую?

– Тётя Люба Коновалова! Конечно, знаю, она от нас всего через четыре дома живёт!

– Расскажешь потом про тётю Любу? Я с ней давным-давно не виделась… И про себя – если, конечно, захочешь.

А сейчас давай спустимся в столовую, тебе надо покушать.

– Нет, спасибо, мне девочки еду сюда принесли.

Тут я замечаю на тумбочке тарелку с недоеденной кашей и бокал с недопитым какао…

…

Леночка Степанова оказалась самородком чистой пробы: искренняя, не по- детски мудрая, добрая и общительная. Быстрее всех она сошлась с Гулей. И хотя обеим было по двенадцать лет, со стороны казалось, что разница в возрасте составляет не менее двух лет.

Высокая, грациозная и смуглая Гуля и миниатюрная, словно Дюймовочка, сероглазая и светловолосая Лена.

Новоявленную подругу Гуля опекала, как могла: в первые дни буквально за руку водила в столовую, в библиотеку, в туалет; показала, как пользоваться телевизором.

Лена оттаивала буквально на глазах, Лена научилась улыбаться…

Проблема заключалась только в одном – Лене Степановой мы никак не могли придать благопристойный вид: парикмахер заболел, и постричь её было некому.

Подходящей одежды также не нашлось, и мы томились в ожидании несколько дней, пока кастелянша, а по совместительству и портниха, подготовит одежду по размеру.

Так и порхала Лена с первого этажа на второй, то и дело поправляя растрепавшиеся волосы, в стареньком, полинявшем свитере и серых джинсах, едва достававших ей до щиколотки.

– Тебя мама как обычно называла?

– Ленкой.

– А как бы тебе хотелось?

– Можно Леной… да, просто – Леной.