Самый человечный цвет

А ты… может, расскажешь мне, почему ты там сидела, на мосту? Что случилось?

– Зачем тебе это знать?

– Потому что я хочу помочь.

– Да ты меня даже не знаешь.

– Я знаю твое имя. Для меня это уже достаточно веская причина.

Она откинулась на спинку стула и огляделась, словно только сейчас обратила внимание на то, где мы. В кофейне было почти пусто – похоже, кроме нас не нашлось много любителей гулять в такую погоду.

– Хочу курить, – пробормотала она.

Но курить в кафе было запрещено, поэтому она поднялась, накинула куртку и пошла к двери, оставив на столе недопитый кофе.

Я вскочил, попросил девушку-бариста не забирать наши кружки и вышел за ней. Фэй вытащила из кармана промокшие сигареты и попыталась просушить одну над огнем зажигалки. Ей удалось закурить, и она закрыла глаза, выдыхая дым через рот и нос.

– Черт бы побрал эту погоду. Черт бы побрал этот проклятый город. И его, и его жителей, и этот кофе, и все, что с ним связано, – сказала она, снова затягиваясь.

– Перестань, это ведь просто погода…

Она смерила меня оценивающим взглядом.

– Ты ведь не местный, да? Почем тебе знать, как дождь разжижает мозги, как он убивает чувства и мысли? Это капкан, из которого нельзя выбраться. Можно только отгрызть себе лапу.

– Но ведь можно уехать? – я поймал спасительную ниточку, – если это погода так действует на тебя, не обязательно прыгать с моста. Просто уезжай! В Калифорнии всегда солнечно…

– Нет, – прошептала она после долгого молчания и вмяла окурок в пепельницу на урне, – нет, дело не в погоде… хотя и она не помогает, но дело не в ней.

Этот дождь… он же не снаружи идет – он внутри идет у меня, уже много долгих лет, не прекращаясь, даже не ослабевая. Просто… просто мне еще никогда не было так спокойно. Как только я твердо решила умереть, я почувствовала свободу, определенность и спокойствие. И надо дойти до конца, чтобы успокоиться окончательно. Потому что я больше не могу так жить. Эта чертова тревожность убивает меня быстрее, чем никотин и кофеин вместе взятые.

Мы вернулись за наш столик к остаткам кофе.

– То есть, ты просто ищешь спокойствие, и решила для себя, что самое спокойное место на земле – это городской морг Сиэтла?

– В общем, да.

Я задумался. То ли в ее рассуждениях вообще не было логики, то ли я не видел ее, но все это казалось мне какой-то нелепицей, фарсом. В этот момент она залпом допила свой остывший кофе и встала.

– Спасибо за кофе. А теперь извини, мне надо закончить начатое.