Обмениваюсь на прошлое

ВЫХОДИ ПОИГРАТЬ

«Выходи поиграть, нам тебя не хватает, ты слышишь,

отложи «на потом» все уроки, кино, выходи!»

Во дворе, сколько помню, себя я не чувствовал лишним,

я играл хорошо и на драку вставал впереди…

Может только и важно с чего мы и как начинали,

забивали мячи, кулаки разбивали и рты…

Те, кто шёл позади, наконец, безнадёжно отстали,

пропуская бездарно удар за ударом судьбы…

Мы играли навылет, меняя дворы и команды,

позже – женщин, друзей, каждый раз побеждая других…

Но сейчас, когда нам «сорок пять», почему мы не рады

если рядом бегущий споткнулся на скользком пути…

Почему замерев, я, глухой от победной литавры,

тщетно силюсь услышать дыханье отставших былых…

«Выходите играть! – я кричу им, – мы снова на равных

начинаем игру…», а кругом – ни своих ни чужих.

ВКУС НЕБА

Как на дерево в детстве выше

заберешься —

как – будто в небо

улетаешь, лишь снизу крыши,

а с собою кусочек хлеба…

Он вкуснее здесь шоколада,

самых спелых вкуснее яблок…

Как за смелость твою награда —

новый вкус его свеж и ярок…

Этот хлеб, как мои истоки,

как наука о чём-то главном…

Я, конечно, сбегал с урока,

а потом мы сидели с мамой…

И ругала она за то, что

улетал я сегодня в небо…

Только с детства я помню точно

небеса, что со вкусом хлеба.

НЕПУТЁВЫЙ

Ты по сыну, мама, поплачь,

отпусти на волю слезу…

За плечами он тёр калач,

третью пару сапог обул…

Он такой болел кутерьмой,

и такие справлял дела,

что с три короба вёз домой,

а приехал, в чём родила…

Он приехал,

с густых волос

кинуть прядь серебром монет…

Косяки его в полный рост

примеряют отметкой лет…

Он тебя вспоминал,

едва сбередив на душе рубец…

И тащила тебе молва,

что настанет ему конец…

Что считала кукушка впрок

сколько взял у судьбы взаймы…

Ты пусти его на порог —

он тобою одной храним.