#НАХРЕНЁБЩЕСТВО

– Не смеши мои ботинки…

– Для меня это важно.

– Для тебя все важно: прогноз погоды, содержание цезия в сточных водах, уровень углекислоты над Джомолунгмой и тому подобное. Ты не можешь без этого как без пряников. Детали, детали, детали… Ты пытаешься в каждой из них найти скрытый смысл, а потом спрогнозировать идеальное будущее. Но ничего хорошего из этого не получается. Никогда. И тогда в тебе зарождается глубокое чувство вины, что в этот раз ты плохо старался. И тогда возникает обещание сделать в следующий раз все намного лучше.

Но снова не получается. И снова вина. И так изо дня в день, пока не начинает накапливаться усталость. А потом ты просто начинаешь желать, чтобы все закончилось. Однако не знаешь, как это сделать. И возникает бредовая идея: дай-ка я сбегу в Перу. Там малярия, паразиты и каннибалы. Кто-нибудь обязательно довершит начатое.

– Вы утрируете, – перебил я.

– А ты индульгируешь.

Тут я не мог не согласиться. И от этого мне стало очень-очень грустно.

– А что если мы?!.

.

Дедушка подскочил как ошпаренный в неком порыве энтузиазма, от чего больно ушибся головой о низкий потолок.

– …вмажем?!

– Ты это о чем?

Я буквально растекался в кресле и новые фантастические идеи не имели возможности проникнуть в мой разум.

– Ну, ты же хотел убиться?

– Да…

Мне было лень даже спорить.

«Так оно или не так – кому какое дело?» – думал я.

В таком расслабленном состоянии я был со всем согласен.

– Так давай уже сиганём с самолета. Нам даже и парашют не нужен.

Ведь мы не ищем спасения.

– Не ищем…

– Так что?

Я не знал, что ответить.

Что ж, мой неугомонный попутчик все решил за меня.

– Сигаем! – сказал он и, схватив меня за шкирку, потащил меня к выходу.

В дверях нас встретила стюардесса. Она принесла на большом пластиковом блюде зеленого цвета целиком зажаренную курицу в окружении гарнира из риса и овощей.

– Вы же говорили, что никакого мяса?

Новое обстоятельство заставило меня оживиться. Лень и усталость вмиг улетучились.

И я уперся рукой в стену, не давая тянуть меня дальше.

– Да черт с ним с мясом, – говорил старик, – Сейчас другое важно.

Он не хотел, чтобы я менял решение. Собственно, я и не собирался менять. Я лишь уточнял детали:

– Почему так?

– Просто захотелось.

Стюардесса произносила слова с такой наивностью и простотой, словно была пятилетним ребёнком, а не женщиной предпенсионного возраста.

– Это как? – спросил я.

Мне вдруг стало невероятно интересно.