Гиппократово лицо. Сборник рассказов

– «Черные дыры»…, – пробормотал он растерянно, – я кое-что знаю об этом…

Открыв рот, забыв на время о деньгах, наказании и прощении, и вообще – о службе, я слушал его рассказ и начинал понимать: этот не врёт, не использует мое детское очарование звёздами в своих целях – он просто впервые оказался в такой ситуации и совершенно не может защищаться. Мне трудно было его остановить: с одной стороны он осознавал, что чем ярче будет его профессиональное выступление перед единственным слушателем, тем больше у него будет шансов разрешить свою проблему.

А с другой стороны, я сам впал в кому от неожиданно получаемых задаром знаний, на поиски которых у меня ушли бы годы, если бы я интересовался этим всерьез. А он всё говорил, говорил, в какой-то момент вдруг засуетился, оглянулся, и я догадался, что он искал доску и мел, чтобы изобразить свои пояснения.

– Всё! – с трудом остановил я его. – Спасибо. Я не сомневаюсь, что вы настоящий профессор. Не понимаю другого…, – я брезгливо приподнял письменное объяснение.

Он вдруг встал, прошел мимо меня к окну, как будто собираясь показать на небе то, о чём сейчас рассказывал, но, подойдя, внимательно поискал что-то глазами на площади перед аэровокзалом.

– Посмотрите, пожалуйста, на ту группу людей, – почти шёпотом попросил он.

Я стал рядом с ним и оглядел хорошо знакомую мне площадь. Отсюда я всегда с любопытством наблюдал за теми, кто собирался в тот или иной день слетать за границу. Заметив знакомых, приглашал их на чашку кофе с сигаретой и неназойливо узнавал скрытые городские новости, или решал свои мелкие проблемы.

И сейчас людей было много, но я сразу уловил взглядом ту группу, на которую указывал профессор. Это были явно не его коллеги: небритые, хмурые, они курили и недобро посматривали на здание аэровокзала.

– Мы прилетели из одного города. Это их деньги, – пояснил профессор, – они передали мне, думая, что мой интеллигентный вид обманет ваших сотрудников.

– Значит, я должен их наказать?

– Наверное, так, – согласился он.

– А как их накажешь, если не конфискуешь валюту? Погрозить пальчиком? Сообщить родителям об их плохом поведении?

– Накажете и меня. Если они не получат деньги, то грозили меня убить.

Это прозвучало слишком обыденно, как если бы он сказал: «Они обещали за это щёлкнуть меня по носу», и я не был готов принять его заявление всёрьез.

– Может меня? – предположил я. Вы-то при чём?

Профессор внимательно посмотрел мне в глаза в поисках понимания.