БЕЛОЕ и КРАСНОЕ. Отпрыски

Он пишет ее подруге, и та сообщает, что его возлюбленная – она родом из Франции…

– Помню, – вставил Фелт.

– …возвращается на родину и просит подругу пересылать ей письма американца по адресу, который сообщит. Но так и не сообщила. Отслужив, герой пишет книгу об их любви. В Америке книга становится бестселлером, ее издают во Франции. Герой летит в Париж на презентацию книги, куда приходит она…

– Это в фильме? – уточнил Фелт.

Отец улыбнулся:

– В реальности финал не голливудский. Сын действительно написал ее подруге, та ответила, что я уже рассказал.

– Сын пытался ее разыскать?

– Уже нет.

– Как называется фильм?

– «The night of love in Husa Oriente».

– Hotel «Oriente», – уточнил Фелт.

– Барселонцы называют «Husa Oriente», как объяснил сын. И он вложил в «husa» свой смысл: это как бы внутренний дом памяти, куда та возвращает человека снова и снова.

– Обязательно закажу этот фильм, – записав, улыбнулся Фелт. – Привет ему от «Дона».

*

Эту первую картину Майкл снял сорок с лишком лет назад, а это первое посещение России было связано с задумкой снять свой последний фильм, как он для себя решил.

В свое время отец много рассказывал о своей молодости, о Петербурге, о драматических событиях 1917 года и последовавшей Гражданской войне. Майкл подумал снять на этом материале картину и поделился с отцом. Это будет история двух гардемаринов, которые, пройдя перипетии революций и войн, вынуждены покинуть Россию и находят вторую родину в Америке. Отец заметил, что товарищ его ехать в Америку не захотел, но дело не в этом. По непонятной причине он был решительно против задумки сына, мотивируя тем, что такую картину возможно снять только в России, с русскими актерами. Но России нет, и что обсуждать. Истинная ли это причина или отговорка – Майкл так и не узнал.

В последние годы жизни Андрей Иевлев начал писать книгу воспоминаний. После смерти отца Майкл обнаружил рукопись и под впечатлением прочитанного снова вернулся к мысли снять фильм. Маман поддержала его, добавив некоторые подробности, которых Майкл не знал: в частности, что товарищ отца в 30-е годы вернулся в Совдепию.

Что с ним сталось дальше – неизвестно.

Майкл переговорил с продюсером и, получив одобрение, взялся за проект. По совету маман – Аньес работала художником на «Universal», Майкл решил снимать Балтику в Сиэтле, а Петербург – в Хельсинки, где Аньес не была, но по литературе знала, что город архитектурно построен как миниатюра Петербурга.