БЕЛОЕ и КРАСНОЕ. Отпрыски

По разным причинам Майкл работу над проектом тогда прервал. Затем, с приходом Горбачева, рухнула Берлинская стена, а с ней «железный занавес», и теперь можно было снимать Балтику на Балтике, а Санкт-Петербург в Санкт-Петербурге.

Как-то на кинофестивале в Венеции Майкл познакомился в баре с режиссером «Ленфильма» Евгением, первым русским из России, кто опроверг его представление о советских, как замкнутых, угрюмых и агрессивных. Евгений оказался милейшим человеком, а когда довольно выпили, так и вообще показалось, что знакомы давным-давно.

Несколько раз они пересекались на киношных форумах, и вот сейчас Евгений организовал первый приезд Майкла в Россию, договорился с начальством Морского корпуса, чтобы Майкла приняли, и он смог все осмотреть и обговорить возможность проведения в Корпусе съемок.

В назначенный для посещения день Евгений заехал за ним в отель и повез в Корпус. Майкл не подозревал, что будет так волноваться. Знакомое по отцовским снимкам здание он узнал еще издали по цилиндрической надстройке корпусной обсерватория над главным корпусом.

Сейчас над надстройкой полоскался Андреевский флаг.

В проходной их встретила милая женщина, кажется заведующая клубом, и проводила к заместителю начальника Корпуса по учебной работе – прежде, как догадался Майкл, эта должность называлась «инспектор классов». Затем гостей провели по зданию, и Майкла не оставляло ощущение, что он уже здесь был, и он без пояснений узнавал: вот музей, вот классный коридор, Компасный зал, картинная галерея – все знакомо по рассказам отца.

И наконец, знаменитый Столовый зал Корпуса, самый большой бесколонный зал Санкт-Петербурга, где в бытность отца проводили торжественные построения и проходили балы.

2

Майкл проснулся, глянул на часы – девять с четвертью! Игорек сказал – он с десяти, а к одиннадцати надо поспеть в Черемушки. Евгению – добрая душа! – удалось разыскать телефон внучки дворника Мартыновых. Их сын, Петр, был товарищем отца по Корпусу и прототипом второго гардемарина в сценарии Майкла.

Позвонив договориться о встрече, Майкл с волнением услышал, что товарищ отца по возвращении в Россию репрессирован не был, как полагал отец, и женщина обещала рассказать все, что ей известно.

Сейчас история двух гардемаринов заканчивалась их прощанием в Париже, когда один отплывал в Америку. Третьим героем картины, по мысли Майкла, должна стать дружба, завязавшаяся в Морском корпусе и затем проверенная войной и борьбой с большевиками.