Женщина + мужчина. Познать и покорить

А теперь, определение:

Онегинская строфа – это строфа из 14 стихов с рифмовкой АвАвССddEffE gg. Ритмически и интонационно она часто распадается на 3 четверостишия (с перекрёстной, парной и охватной рифмовкой) и заключительное двустишие.

Композиционно данная строфа тяготеет к определённому внутреннему построению: 1-е четверостишие даёт тему строфы, 2-е – развитие, 3-е – кульминацию, двустишие – афористическую концовку. Но это условие в онегинской строфе не обязывает автора умещать данные смысловые части четко в «подстрофы».

Сложность структуры делает онегинскую строфу чрезвычайно гибкой в смысле передачи самых различных оттенков мысли, самых различных интонационных ходов и т. п. В то же время, благодаря своей «вместимости», онегинская строфа является чрезвычайно удачной композиционной единицей поэтического произведения и служит примером того, как новое идейное содержание определяет возникновение новых форм его словесного воплощения.

Строфа становится как бы стихотворением в стихотворении. Именно поэтому её применяют в больших жанрах с обилием лирических отступлений.

Рассмотрим строфы романа А. С. Пушкина «Евгений Онегин»:

Мой дядя самых честных правил,

Когда не в шутку занемог,

Он уважать себя заставил

И лучше выдумать не мог.

Его пример – другим наука;

Но, Боже мой, какая скука

С больным сидеть и день и ночь,

Не отходя ни шагу прочь!

Какое низкое коварство

Полуживого забавлять,

Ему подушки поправлять,

Печально подносить лекарство,

Вздыхать и думать про себя:

Когда же чёрт возьмет тебя!

А вот ещё один пример из «Евгения Онегина», где Пушкин позволяет себе начинать предложение в середине строки.

Он не подгоняет предложения под конец четверостиший или заключительного двустишия (что не приветствуется в написании сонета, хотя и ошибочно повсеместно используется нашими стихирскими сонетописателями!):

Час от часу пленённый боле

Красами Ольги молодой,

Владимир сладостной неволе

Предался полною душой.

Он вечно с ней. В её покое

Они сидят в потёмках двое.

Они в саду, рука с рукой,

Гуляют утренней порой.

И что ж? Любовью упоённый

В смятенье нежного стыда

Он только смеет иногда

Улыбкой Ольги ободрённый,

Развитым локоном играть

Иль край одежды целовать.