Бесплодные усилия любви

Шекспир и здесь, как везде, говорит свое самое заветное. В основе этой пьесы, как и других его пьес, лежит неумирающая, общечеловеческая, широкая мысль. Он и здесь, как везде, прославляет победоносную силу великих реальностей жизни, обличает напыщенность, фальшь, аффектацию, ложное мудрование, мертвую догму, схоластику. С. М. Михоэлс проникновенно сказал, что каждый период советской эпохи по-новому читает и по-новому переводит Шекспира. Я думаю: именно то, что мы, советские люди, прочитали эту пьесу в 1945 году, помогло нам вышелушить из ее оболочки ее ядро, ее сущность.

И перевел я эту пьесу не так, как переводили ее другие переводчики в прежнее время совсем иначе – согласно тем неписаным заповедям, которые продиктованы нам советским читателем

* * *

… Великая идея пьесы Шекспира, ее проповедь, ее главная суть, заглушавшаяся какофонией никчемных и давно омертвелых острот, впервые выступила передо мною с полной отчетливостью. Эта проповедь опять-таки на потребу нашим сегодняшним и завтрашним людям, она жгуче злободневна, словно специально написана для театра 1945–1950 года…

Действующие лица

Фердинанд, король Наваррский

Бирон, Лонгвилль, Дюмен – вельможи в его свите.

Бойе, Меркад – вельможи в свите французской принцессы.

Дон Адриано де Армадо – напыщенный испанец.

Натаниэль – сельский священник.

Олоферн – сельский учитель.

Тупица – полицейский.

Башка – крестьянин при королевской ферме.

Моль – паж дон Армадо.

Лесничий.

Принцесса Французская.

Розалина, Мария, Катарина – дамы в ее свите.

Жакнетта – крестьянка.

Офицеры и другие; свита короля и принцессы.

Действие происходит в Наварре.

Действие I

Наварра. Парк перед дворцом.

Сцена 1

Входят Король, Бирон, Лонгвилль, Дюмен.

Король

Итак, вы поклялись! А для того,

Чтобы не нарушить слова своего

И закрепить священную присягу, –

Вы все втроем подпишете бумагу,

Где наши клятвы точно и подробно

Изложены.

Бирон

Мой добрый государь!

Я тоже поклялся отдать наукам

Три долгих года.

Охотно я, конечно, подпишусь.

Но прочие обеты так суровы!

Подумайте: три года ни единой

Не видеть женщины. О, я надеюсь,

Что не включили заповеди этой

Вы в наш устав. А также: раз в неделю

В теченье дня не прикасаться к пище.

А всякий прочий день всего однажды

За трапезу садиться. Я надеюсь,

Что не включили заповеди этой

Вы в наш устав.