В тени больших вишневых деревьев

В свою очередь, разведчики вместе с Пожидаевым, тоже опешили, вытянули лица и разинули рты, они никак не ожидали увидеть здесь, ночью, вместо сарбосов, гражданских. Духи были облачены в национальные белые шарваль-камизы*, белые широченные штаны, и на головах у них были читрали*, и при плохом освещении, их загорелые, почти черные лица сливались с темнотой, создавая впечатление сидящих приведений, с удивленными глазами. Первым молчание нарушил бесшабашный сибиряк Героин:

– Где командор!? Хайрулла где!? Чарс аст!? – опять, чуть ли не криком выпалил он, как будто знал, что афганцы туги на ухо.

Духи продолжали сверлить глазами из темноты не двигаясь, только рука с куском лаваша опустилась вниз, так и не попав в рот.

– Ракета, чарс, аст? – продолжил допрос Гера, – и выхватил осветительную ракету у Игоря, начал ею описывать замысловатые кренделя в воздухе, перед удивленными глазами «приведений». Афганцы оживились, зашевелились, с лиц исчезло изумление, и они стали негромко о чем то переговариваться между собой, не сводя глаз с пацанов.

– Вот обезьяны тупорылые, – уже негромко продолжил Героин, обращаясь к ребятам, хотя внимательно смотреть на духов, – интересно, где сарбосы, и где Хайрулла? – скорее размышляя вслух, чем спрашивая у кого-то, задумчиво добавил он.

– Аст, аст чарс, – неожиданно, дребезжащим голосом, заговорил один из афганцев. Он поднялся на ноги, и направился к зияющей, черной, прямоугольной дыре, махая рукой ребятам, и приглашая их следовать за ним.

Что-то недоброе, тревожное, где-то на задворках сознания, неприятно коснулось души Пожидаева. Толи это было отсутствие знакомых сарбосов, толи то, что афганцы были гражданские, или то, что в их приватном разговоре, между собой, он, интуитивно, услышал какие-то злые нотки. Но видя, как уверенно, вслед за «дребезжащим духом» последовали разведчики, Сергей выбросил из своей головы эту «тихую тревогу», и пошел вслед за ними.

Они тут же пополи в совершенно темный, узкий, длинною не больше трех метров коридор, в конце которого ели теплился свет, и было понятно, что он идет откуда-то снизу.

В конце коридора были ступеньки, ведущие вниз, и когда по ним начал спускаться дух, ребята замешкались, и Гера спросил:

– Ты куда обезьяна нас ведешь? – думая, что афганец не понял его, и ведет что то показать, – чарс, дебил, чарс! – добавил он.

– Чарс, чарс, – ответил афганец, и опять поманил рукой.