Крейг Кеннеди

Он приехал в лабораторию вслед за мной на своей машине. Да, у меня есть сообщение, которое ты оставил с посыльным. Поднимись сюда и забери меня, и мы поедем прямо в "Новеллу". До свидания.

Я не останавливался, чтобы задавать вопросы и продолжать разговор, зная, как сильно раздражен О'Коннор. Было достаточным облегчением узнать, что Кеннеди наконец-то нашелся.

Он был в психопатическом отделении вместе с Бэрроном, когда я поспешил туда. Девушка, о которой он упомянул по телефону, в то время спокойно спала под воздействием опиата, и они обсуждали это дело снаружи, в холле.

– Что ты сам об этом думаешь? – спросил Бэррон, кивая мне, чтобы я присоединился к ним. Затем он добавил для моего просвещения: "Я нашел эту девушку, бродящую с непокрытой головой по улице. По правде говоря, сначала я подумал, что она пьяна, но внимательный взгляд показал мне, что это не так. Поэтому я затолкал бедняжку в свою машину и привез ее сюда. Всю дорогу она продолжала плакать снова и снова: "Послушай, разве ты не видишь этого? Она в огне! Ее губы сияют – они сияют, они сияют".

Я думаю, что девушка сумасшедшая и у нее была какая-то галлюцинация.

– Слишком ярко для галлюцинации, – решительно заметил Кеннеди. – Это было слишком реально для нее. Даже опиат не мог стереть картину, что бы это ни было, из ее сознания, пока вы не дали ей почти лошадиную дозу. Это была не галлюцинация. А теперь, Уолтер, я готов.

Сибарит

Мы нашли салон красоты "Новелла" на верхнем этаже офисного здания недалеко от Пятой авеню на боковой улице недалеко от Сорок второй улицы.

Специальный лифт, искусно оборудованный, поднял нас с огромной скоростью. Когда дверь открылась, мы увидели множество тускло-зеленых решеток, маленькие ворота, увитые розами, окна из стекла с бриллиантами, отделанные белым деревом, комнаты с маленькими белыми эмалированными маникюрными столиками и стульями, янтарные лампы, светящиеся мягким свечением в глубоких беседках из огнеупорных тканевых цветов. В этом месте царило восхитительное тепло, а соблазнительные и нежные ароматы напоминали о прибежище сибарита двадцатого века.

И О'Коннор, и Лесли, странно неуместные в изнуряющей роскоши ныне опустевшего салона красоты, все еще ждали Кеннеди с мрачной решимостью.

– Очень странная вещь, – прошептал О'Коннор, бросаясь вперед в тот момент, когда открылась дверь лифта. – Похоже, мы не можем найти ни одной причины ее смерти.