Асоциальные сети

Он его гладит, укладывает спать, поит и кормит электроэнергией и ждет, постоянно ждет какой-то взаимности, не определяя ее как-то точно, – несформулированной, но такой вот уже близкой, кажется, еще один день, один час, одна секунда, и ноутбук скажет ему самые главные слова, замерцает призывно экраном, и они сольются в общем поле информационного пространства на межклеточном уровне.

Объявление Славика о продаже было смешным и притягивающим. Марк всегда мечтал научиться складывать слова точно таким же образом.

Объяснить это было сложно, но, читая объявление, Марк захотел купить машину, не имея прав и не имея желания вообще сидеть за рулем. Она с каждым слогом расцветала и манила, как чаша Грааля, суля невиданные блага своему будущему владельцу и неисчерпаемые удовольствия, которые он получит в пути. Но больше всего захотелось познакомиться с хозяином, смогшем соорудить в несколько строк вавилонскую башню, доставшую до самого неба, пронзившую его и выглянувшую в твоем мире, скучном и безрадостном, потому что у тебя нет этого автомобиля. Славик, квадратный, очкастый ботан, квинтэссенция некрасивости и памятник беспорядочному человеческому геному, вызывал у Марка в такие моменты приступы бескрайнего уважения, щедро замешанного на восхищении. Сам Славик ничего подобного про себя не замечал, он всегда так писал, помнится, в детском саду Дедушка Мороз забирал его письмо и ходил с ним по всем воспитательницам, вытирая слезы смеха и умиления, а Славику всегда доставалась самая большая и яркая игрушка и целый кулек конфет и шоколадок, быстро тающих в маленьких хватких ручках его друзей. В школе за его сочинения вызывали родителей к завучу и директору. Они никак не могли лечь в заскорузлую канву, прописанную в методичках. Завуч, немолодая сизая женщина, смотрела на Славика подслеповатыми глазами и тихо говорила маме и папе, что если Славик не перестанет быть выскочкой, то им придется менять школу, и вообще, может, это именно родители подталкивают мальчика к написанию нетривиальных, крамольных мыслей. Мама плакала, а папа хитро щурил глаза и читал потом сочинения на посиделках родственников и на пьянках с друзьями, поглаживая пузико, где тихонько пряталась пушистая гордость за себя, сделавшего такого сына.

Просмотрев количество откликов на объявление, Славик зашел в личный кабинет и икнул – его профиль был авторизован через аккаунт в Facebook’е, хотя он ничего такого не делал.