Красная омега. Часть вторая. Загадка Вождя

Обед у него состоял из одного, но густого блюда, которое жена Барсукова называла «сад-огород». Готовился «сад-огород» просто. В кастрюлю слоями укладывались нашинкованные овощи: морковь, капуста-кольраби, картошка, корень сельдерея, стручки спаржевой фасоли, бобы, помидоры, лук. Сверху клался кусок предварительно обжаренного мяса, и все это тушилось до морковной готовности. Поспевшее к употреблению варево выкладывалось горкой на тарелку, поливалось сметаной, обильно посыпалось зеленью и затем уплеталось с большим удовольствием.

В разгар шинковки капусты раздался стук в наружную дверь. Барсуков высунулся в сени и крикнул:

– Толкай сильнее! Не заперто!

В дверь бухнули и на пороге обозначились два мужика с рюкзаками за плечами. Они уже не оборонялись от водяных потоков, потому что были, несмотря на легкие плащики, мокрыми до самого, самого. Лица их посинели от холода.

Старший из мужиков прохрипел:

– Хозяин, пусти погреться.

– Заходите. И все снимайте прочь.

Прямо здесь, в сенях.

Мужики стащили с себя липкие одежды, оставшись в мокрых трикотажных кальсонах.

– Снимайте и кальсоны.

– А, женщин в доме нет? – деликатно осведомился один из гостей.

– Нет. Я один.

Несколько минут спустя неожиданные гости, одетые в старые барсуковские шмотки, сидели за столом и с наслаждением прихлебывали из больших кружек горячущий чай.

– Откуда вы, мужики? – поинтересовался хозяин.

– С Хмелевич.

Хмелевичи были дальней деревушкой, за Пашой-рекой.

– Чего вас сюда-то потянуло. Под Хмелевичами же леса еще те!

– Леса-то большие, да черники в них нет.

– А чего плащей не захватили?

– Думали дождя не будет.

– А-а-а! Так вы с ночевкой?

– Ага – как-то неуверено протянул старший из гостей.

Барсуков растопил в комнате плиту и развесил над ней отжатую одежду ягодников. Он обратил внимание на их фирменное из плотного черного трикотажа бельё, которое по своему качеству резко отличалось от убогой верхней одежды, обычной для сельских ягодников.

Затем он прошел на кухню и стал чистить картошку. Он хотел побыстрее накормить озябших людей чем-нибудь горяченьким. Картошку так просто чистить было скучно, поэтому он вернулся в комнату и включил проигрыватель.

Резко, тревожно вскрикнули фанфары, зарокотали литавры и барабаны. В камарской избе скорбно и величественно зазвучала Пятая симфония Малера.