Два такта до обрыва. Смычок виолончели для пианиста

Мужчина на эту просьбу только эгоистично усмехнулся, потрепав чёрные волосы пианистки, которая была заметно ниже него, самолюбиво отвечая:

– Где же та ненавистница музыки? – посмеялся он немного грубо.

Её слова будто пролетели мимо ушей Брауна, поэтому Карен решила ещё раз повторить, но с большим энтузиазмом.

– Научи меня, Ричард.

Сигарета неустойчиво болталась во рту у мужчины. Парень, уже осознав всю серьезность просьбы студентки, немного удивился. Правда.

Он отошёл на два шага, докуривая оставившую половину сигареты. Девушка терпеливо ждала, наблюдая за проворными пальцами виолончелиста, что несколько минут назад творили волшебство.

– Я – виолончелист. Чему я могу научить пианиста? – наконец высказал свое мнение парень, когда от сигареты оставался только окурок.

– Я не прошу учить играть, я прошу научить меня исполнять, – сладко произнесла леди.

Наконец, втянув последнюю порцию яда, парень выкинул опустошенный никотин, строго осматривая студентку.

– Хорошо, – прокуренным голосом произнес профессор на замену. – Я согласен, но если только твоё эссе пройдёт на отлично. Договорились, Карен Батлер?

Окрылённая радостью, студентка, придя в свою опустошённую квартиру, села за ноутбук, готовясь выполнять данное обещание, но когда её пальцы уже лежали на клавиатуре, она поняла, что не может напечатать и слова, чтобы описать шестиминутное исполнение.

Она писала, стирала и вновь писала. Выходило только глупое перефразирование слова «прекрасно». Одни синонимы одного предложения. Карен не писательница мирового масштаба. Она не умеет твёрдо излагать свои мысли на белом листе. Именно тогда у неё появилась идея. Глупая, детская, но глубокая затея.

Девушка, как только нашла Брауна в огромном университете после всех пар, вызволила его из кучки бумажной волокиты, дорогого виски и приятной классической музыки в класс фортепиано, отговариваясь, что единственное её эссе должно быть передано лично в руки преподавателю.

Пианистка села за чёрный трон музыки, нежно кладя пальцы рук на черно-белые клавиши рояля. Когда полная тишина достигла ушей, девушка испустила первый звук. С первых же аккордов профессор на замену понял: Шопен. Ноктюрн. op.55 №1.

Ноктюрн вызывал ностальгию по первому снегу. Каждый форшлаг[2 - Форшла?г (нем.