Соломенная собачка с петлей на шее

«Хорошо, – подумалось мне, – хорошо, что я никогда не краснею. Не так уж и плохо быть мной, тощим сутулым брюнетом, который не умеет краснеть. У каждого человека свои достоинства. Я вот не краснею, а некоторые и этого не могут. Встречал я таких людей. Что тут сказать, жалкое зрелище».

– Я хочу с тобой поговорить, – сказала Лиза своим тихим приятным голосом.

– Да? Конечно, о чем ты хочешь поговорить?

В соседней комнате Татьяна гладила белье и напевала что-то деревенское, народное.

– Давай лучше прогуляемся? – предложила Лиза.

– Там холодно… – на мгновение я задумался. – Ну хорошо, давай.

Мы вышли на улицу и пошли в сторону центра. А через несколько минут я не выдержал:

– Слушай, о чем ты хотела поговорить?

Она ответила не сразу.

– О вчерашнем…

– Хм… не припомню, что было вчера, – ляпнул я.

– Ты все помнишь, – сказала она очень ровным, спокойным тоном, – строишь из себя простака.

– Ладно, извини, я просто старался быть тактичным… вежливым. Вежливость – это моя большая проблема.

Разве я не говорил? – пытался я применить свое секретное оружие, то есть ущербное чувство юмора.

– Просто пообещай, что никому не расскажешь о том, что видел. У меня могут быть неприятности.

– Не в моих правилах, знаешь… Но… может, ты сама хочешь об этом поговорить?

– О чем? – устало вздохнув, спросила она.

Подобный тон заставляет почувствовать себя идиотом. Но я продолжил:

– Ну, в смысле, что на тебя нашло вчера ночью? Ты бы это… в самом деле? Ну, того… или как? – не нашел я подходящих слов.

– Думаешь, я стану делиться этим с первым встречным? – она испытующе, но без злобы смотрела на меня.

– Не знаю… Я просто подумал – может, тебе не с кем поговорить. Ты подумай, я уеду, и ты никогда меня не увидишь. Это, если вдуматься, все-таки неплохая гарантия.

Она ничего не ответила, мы подходили к центру города. Людей на улице стало больше. Они были в меховых шапках, дубленках, дутиках, пальто – в общем, как и везде. Только меха чуть больше, а лица чуть мрачнее. И валенки встречаются время от времени.

Я-то свои – особо уродские и на три размера больше, чем следует, – я свои не надел.

Кажется, разговор был окончен, но мне-то хотелось продолжения. И я спросил в надежде:

– Тут есть какой-нибудь бар?

– Тут есть кафе.

– Недалеко?

– За тем домом, – показала она на грязно-желтую пятиэтажку.

Кафе называлось «Серебряная ложечка». Посетителей там почти не было. Так, несколько человек за дальним столиком да одна официантка.