Красная омега. Часть первая. Таёжная жуть

Здесь все, приезжавшие в Камары, оставляли свои машины. Потому-то дорожка на полянку и была хорошо накатана.

Дима остановил машину под ветвями высоченной осины. Открылись дверцы «жигуля», и новоиспеченные камарцы вступили на камарскую землю. Если бы их увидели давно испеченные камарцы, то удивленно развели бы руками. Одеты Крюковы были так, как если бы они приехали не в Камары, а на дачу, скажем, в Комарово или Репино. На женщинах были легкомысленные пестрые блузочки, джинсовые шорты и босоножки. Дима и Антон были одеты в спортивные брюки и безрукавки.

Мужчины повертели носами и сразу же отметили высокое качество

воздуха. Дима, как водится в таких случаях, закурил. Женщины же с забавными восклицаниями стали рвать какие-то голубые цветочки и, как водится, нюхать их. И вот тут, совершенно неожиданно, Крюковы испытали второе потрясение.

Они, конечно, знали, что в лесах водятся комары, но то, что этих комаров может быть тьма, им стало известно только сейчас. Буквально через две минуты после выхода из машины каждый из Крюковых был окружен гудящим, жужжащим, пищащим роем кровожадных насекомых.

Помимо вездесущей мошкары вокруг наивных дачников кружились рыжеватые слепни, серые оводы, какие-то мухи с дельтовидным оперением. Во всю мельтешили крохотные, наносящие болезненные укусы, мушки и комашки. Но больше всего в этом гудящем рое было комаров. Комаров было очень много!

На лице у Сони от укусов насекомых образовалась вздутость, похожая на оладью. У Машки стал заплывать левый глаз.

Были забыты и цветочки и прекрасный воздух. Взрослые и дети кинулись к машине. Из её недр они вытаскивали разные куртки, плащи, свитера и все это на себя натягивали. Соня даже надела грязные Димины брюки, в которых он обычно залезал под машину

.

СЛОВО О МОСКИТАХ

Строго говоря, Дима мог бы все это предвидеть. Еще в марте по хорошему зимнику он приезжал в Камары, чтобы осмотреть покупаемую им избу. При знакомстве с жителями Камар Дима, как будущий аграрий, спросил одного аборигена, что лучше всего родится на камарской земле.

Абориген не задумываясь ответил:

– Лучше всего у нас родится картоха, а еще – елки и комары.

Конечно, одной фразы, сказанной камарцем, недостаточно для обострения бдительности и осторожности. Но если бы Дима проявил любопытство и постарался узнать, что означает слово «камары», то бдительность и осторожность он бы обострил.

Затихвинье – это, прежде всего, дремучий и большущий Вепсский лес.