Красная омега. Часть первая. Таёжная жуть

Красная омега. Часть первая. Таёжная жуть

Александр Брыксенков

Андрей Брыксенков

В глухом углу Затихвинья, в затерянной в дебрях Вепсского леса деревушке переживают лихие девяностые несколько ленинградских семей. Возделывают огороды, собирают грибы и ягоды, рыбачат и не подозревают, что район их деревни является особой, таинственной зоной. Проявления этой таинственности в виде приведений, духов, домовых, призраков они ощущают. Но причина этой таинственности им не ясна. И только постепенно, благодаря бывшему армейскому разведчику, завеса тайны приоткрывается… Книга содержит нецензурную брань.

Красная омега

Часть первая. Таёжная жуть

Александр Брыксенков

Андрей Брыксенков

© Александр Брыксенков, 2019

© Андрей Брыксенков, 2019

ISBN 978-5-4496-2495-6 (т. 1)

ISBN 978-5-4496-2496-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Двуглавый комар! Чудеса!!!

«Города нужно строить в деревне —

там воздух чище.

»

Один англичанин

ТАМ, ГДЕ ЖИЛИ БЕРЕНДЕИ

Коренной ленинградец Дима Крюков, потомок известного в прошлом петербургского каналоустроителя Cемена Крюкова, обзавелся в тихвинской глубинке недвижимостью. По такому случаю в Диминой квартире на Сантьяго-де-Куба подряд два выходных со вкусом употребляли водку.

Сантьяго-де-Куба – это не город и не остров, а скромная уличка в одном из спальных районов Лнинграда. Первоначально-то она называлась не Сантьяго-де-Кубовской, а Больничной, по примыкавшему к ней крупному лечебному центру.

Народу такой, скажем прямо, хреновый топоним очень претил, и он, народ, попросил власти изменить название улицы.

Городские чиновники, а было это еще при социализме, живо отозвались на просьбу трудящихся, но, к оторопи просителей, вместо кого-либо привычного имени вроде Черненко, Шкирятов, Шверник и т.п., к улице было пришпaндорено довольно экзотическое название, включавшее в себя имя Святого Иакова (исп. Santiago), одного из Христовых апостолов.

Постепенно оторопь у людей прошла и взамен неё вызрела на непутевую часть сантьяговской публики. Надежда оказалась тщетной. Народ как предавался порокам, так и продолжал им предаваться. Особенно в этом деле отличались бывшие жители Ольгина и Лахты, переехавшие в город со своими гавкучими собаками, плодовитыми тараканами и кучей беспокойной ребятни. Но не только выходцы из пригородов демонстрировали наличие вредных привычек.