Этот свет

 – Следы крови мы отстирали… Тебе дадут имя, не спорь и не признавайся, что помнишь настоящее. – Авраам мимолетно приобнял его и быстро отступил. – Если не сможешь украсть сердце Мари, не дай им хотя бы съесть его. Все, иди!

– Куда?

– Вдоль этого дома, до ворот. Все новорожденные с синей кровью входят в них.

Ален несмело зашагал прочь. Пару раз он оглянулся, замедляя движение, но если сначала он еще рассмотрел фигуру родственника рядом с колоннами, то потом она пропала среди прочих граждан.

II. Обитель

– А вот и новенький! – насмешливо воскликнула пухлая девица, сидевшая за конторкой в полутемном холле.

Волосы у нее были почему-то ярко-желтого цвета, и оттого макушка ее сияла будто маленькое солнце.

– Где я? – наугад ляпнул Берг. Он подумал, что эти слова никак не разойдутся с представлением о новорожденном, приведенном сюда зовом крови. Ему казалось, что палка стрелы просвечивает сквозь ткань, и он едва сдерживался, чтобы не пощупать свой бок. Но регистраторша и не думала присматриваться к одежде посетителя – ее явно влекло его свежее лицо.

Сама она была какая-то веснушчатая и большеротая.

– Ну, будем записываться, – проговорила наконец она. – Кстати, меня зовут Рыжик.

Нехотя переключившись на потрепанный гроссбух в синей обложке, девица макнула в чернильницу черное перо и подперла кулачком голову, закатив обильно подведенные глаза к потолку. Капля чернил набухла на кончике пера и шлепнулась на лист, выведя ее из прострации.

– Готово! Будешь Хамадом.

– Почему? – опешил Берг, чуть не заявив, что отлично знает собственное имя.

– Я так хочу, – наставительно молвила она, направив ему в лицо лохматый кончик пера. – Мне нравится.

Она внезапно выскочила из-за стойки и выставила вперед бедро, потеревшись им о ногу Алена. Пишущая принадлежность каким-то образом оказалась зажатой у нее между тонких губ, непривычно смотрящихся на ее круглой физиономии. Она грациозно вывернула шею, подставляя Алену под нос неровную, кровоточащую дырку в своем виске.

Клякса синей крови влажно блестела, покрывая рану.

– Ну! – нетерпеливо вскрикнула она, прижимаясь к новорожденному и щекоча пером его ноздри.

Растерянный Берг, судорожно маскируя стрелу складками тела, уже хотел спросить, чего же именно эта импульсивная девица добивается от него, как вдруг кто-то скрипуче рассмеялся всего в нескольких шагах позади.

– Ах, Рыжик, Рыжик, – сказал невидимый человек. Ален обернулся, отодвинувшись от настырной регистраторши.