Собака Баскервилей. Перевод Алексея Козлова

– Да уж! – наконец процедил он, выслушав бесконечно-мрачное повествование доктора Мортимера, – Хорошенькое же мне досталось гнёздышко! Впрочем, о собаке я слышал ещё в младенческие годы! Эта легенда была излюбленным чтивом в нашей семье, но я всегда воспринимал это, как страшную готическую сказку, и никогда не придавал ей никакого значения! Но смерть дяди – совсем другое дело! И теперь всё это перемешалось у меня в голове так, что я, видит бог, уже ничего не могу понять! Дело обстоит так, что в данном случае трудно понять, кого нужно скорее звать – сыщика или святого духа!

– Так точно!

– А это письмо, полученное мной? Оно, по вашему мнению, имеет какое-то отношение к этой истории?

– Из всего этого можно сделать только один вывод: кто-то неизвестный слишком хорошо осведомлён обо всём происходящем на торфяных болотах! – сказал доктор Мортимер.

– И этот неизвестный просто влюблён в вас, если предупреждает о грозящей вам опасности! – засмеялся Холмс.

– Есть второй вариант: кому-то очень хочется запугать меня и отвратить от вступления в законное владение Баскервиль-Холлом законным владельцем!

– Не исключено! В любом случае, любезнейший доктор Мортимер, я вам чрезвычайно благодарен за то, что вы подкинули мне такую запутанную, сложную головоломку! Посему вопрос придётся решать по существу – нам надо обмозговать, стоит ли вам отправляться в Баскервиль-Холл?

– Мне туда нельзя ехать? Почему?

– Возможно, из соображений безопасности!

– И откуда же эта опасность подкрадывается ко мне – от древних россказней или людей?

– Вот это и следует выяснить!

– Ну, знаете ли, даже громы небесные не остановят меня и не закставят торчать здесь! Я еду в свой дом, дом, которым владели целые поколения моих предков! Моё решение окончательное! – тёмные брови баронета сошлись в одну линию, щёки его слегка заалели от возбуждения.

Знаменитый баскервильский норов явно сквозил в последнем представителе древнего рода, – У меня ещё будет масса времени тщательно обдумать всё то, что мне пришлось услышать здесь. Надо время, чтобы всё уложилось в моём мозгу, и я мог что-то предпринять осмысленное! А теперь мне хотелось бы побыть в одиночестве хотя бы часок, с тем, чтобы хорошенько подумать обо всём.