Собака Баскервилей. Перевод Алексея Козлова

– По пятьсот фунтов – ему и его жене!

– Хм! А им это было известно загодя?

– Скорее – да, чем нет! Сэр Чарльз не скрывал ни от кого своих распоряжений на случай смерти!

– Интересный подход!

– Я всё же склонен надеяться, – не вынес муки преследования доктор Мортимер, – что вам не придёт в голову подозревать во всех грехах всех, кому что-то перепало по завещанию сэра Чарльза! Мне вот он завещал, к примеру, тысячу фунтов!

– О, как! А ещё много таких счастливцев?

– В завещании указана масса мелких сумм разным лицам и большие куски, как ни странно, отданы благотворительным фондам! Основное наследство всё же отходит сэру Генри!

– И какая сумма завалялась в нём?

– Семьсот сорок тысяч фунтов!

У Холмса брови полезли к потолку.

– Всего-то? Я и подозревать не мог, что речь идёт о таком космическом наследстве! – горестно сказал он.

– Сэр Чарльз не был бедняком, но истинные размеры его состояния определились только тогда, когда нам стали доступны сведения о его ценных бумагах. Теперь общая сумма наследства перевалила за миллион фунтов!

– Бог ты мой! Что я слышу! За такую кучу деньжищ любой начнёт сражаться, не считаясь со средствами и суча всеми шестью волосамыми клешнями! А тогда, доктор Мортимер, позвольте задать вам вопрос на засыпку… А вот… предположим… вот предположим, что с нашим юным другом… что-нибудь стрясётся… Допустим, он нежданно… как бы это… покультурнее сказать… ну… с дерева упадёт внезапно… нарежет кони… если так можно выразиться… конечно… это очень грустная… невыносимо грустная перспектива… Даже трудно вообразить… какая печальная… слёзы из глаз… но… вы уж простите меня, старика… Кому тогда вся эта гора денег достанется?

– Так! Поколику младшой братан сэра Чарльза, сэр Роджер, давненько помер, будучи холостяком и потомства не оставил, наследство отойдёт к дальним родственникам – к неким Десмондам.

– Что ж! Благодарю вас за эту сливочную перспективу чужого богатства, продемонстрированную нам с птичьего полёта.