Девушка с запретной радуги

МакЛэйн был расслаблен, его вид не был таким мрачным, какой я уже научилась бояться, а наше молчание оставалось простым и нарушилось, лишь когда экономка нас покинула.

– Нам удалось лишить дорогую Миллисент дара речи… Мне кажется, мы попадем в книгу рекордов Гиннеса, – заметил он с улыбкой, которая тронула мое сердце.

– Несомненно, – подтвердила я. – Это действительно титаническое дело. Никогда не думала дожить до этого дня.

– Согласен, – подмигнул он мне и взял шампур с мясом.

Неожиданный ужин был неформальным и восхитительным, а его компания была единственной, которую я только могла пожелать.

Я пообещала себе не делать ничего такого, что могло бы испортить эту идиллическую атмосферу, но потом вспомнила, что это лишь частично зависело от меня. Мой партнер уже много раз продемонстрировал, что может очень легко разозлиться без какой-либо видимой причины.

Но сейчас он смеялся, и я снова почувствовала острую боль от того, что не могу увидеть цвета его глаз и волос.

– Итак, Мелисанда Бруно, нравится ли тебе Midgnight Rose?

Мне нравишься ты, особенно когда ты шутишь и находишься в согласии с миром.

– Неужели кому-то может не понравиться здесь? – сказала я громко. – Это райское место, далекое от исступленности, стресса, сумасшествия рутины...

Он прекратил есть, словно питался от моего голоса, а я начала пережевывать быстрее, чтобы не разрушить это очарование, более хрупкое, чем кристалл, более летящее, чем осенний лист.

– Для того, кто прибывает из Лондона, это именно так, – согласился он.

– Ты много путешествовала?

Я поднесла бокал вина к губам, прежде чем ответить.

– Меньше, чем хотелось бы. Зато я поняла кое-что: мир можно открыть лишь в его забытых уголках, в его складках и бороздках, а отнюдь не в больших центрах.

– Твоя мудрость может сравниться только с твоей красотой, – серьезно сказал он. – И что же ты открыла в этом занимательном шотландском селе?

– Село я еще не видела, – напомнила я ему без обиды. – Но Midnight Rose – интересное место.

Здесь кажется, что мир может остановиться, но не чувствуется отсутствие будущего.

– Ты поняла суть этого дома за такой короткий промежуток... – покачал он головой. – Даже мне еще не удалось сделать этого…

Я не ответила, боясь нарушить возникшую интимную атмосферу. Он внимательно рассматривал меня в своей обычной манере, будто я находилась под микроскопом. Последовавший вопрос был умышленным, опасным и предвещал надвигающуюся катастрофу.