Мясник из Грин Лейк

После моего выстрела…

– Обыск в его квартире подтвердил его причастность к убийству Амалии Лэнс. Той самой женщине, чью голову нашли в прачечной мистер Лэндрю. А также к убийству его соседки три года назад.

– В убийстве Линды Роуш? Его бывшей соседки? – вот это меня хоть и не удивило, но заставило напрячься точно. – Миссис Роуш убил бывший муж. Он признался и был осужден.

– Эрон Роуш был наркоманом. Он мог признаться в чем угодно, будучи неадекватным. Но он не виновен.

– Его выпустят?

– Он повесился в тюрьме.

Через полгода после суда.

– Он воровал. Нарушал порядок, употреблял наркотики… Не такой уж невиновный. – пожал я плечами.

– Но он действительно никого не убивал, каким бы говнюком не был.

– Что еще нашли у него дома?

– Кровь Лэнс на одежде. Некоторые личные вещи Роуш: украшения и запчасти от ее стиральной машины. До сих пор не понимаю, причем здесь стиралки?

«Естественно не понимаешь. Тебе только выбивать двери и размахивать дубинкой.» подумал я и сказал.

 – Он их ненавидит. Они стирают одежду грязным людям. Что-нибудь еще? Кровь? Следы борьбы…

– Ничего. Если ты думаешь о Лисовски, то улик нет никаких.

– Не мог же Датсон испарится.

– Он объявлен в розыск. По всем штатам.

– Он в Сиэтле. А все силы брошены на патрулирование Грин Лейк.

– Помоги мне Ирвин.

– А как же ваш напарник?

– Уилсон улетел в Италию на две недели, со своей женой.

– Тесть отправил его отдохнуть. Подальше от опасных психопатов. Как это мило. – ухмыльнулся я.

 – Знаешь, как я делал в первые годы работы. Я брал стикеры писал на них по одному факту, клеил перед собой и собирал как мозаику в целую картину.

– Я попробую… А что ты делаешь после работы?

– Пособирать с тобой мозаику?

– Нет. – Скотт слегка покраснела. – Хотела позвать тебя в гости, выпить пива…

– Вечером я буду со своей девушкой.

– Тогда увидимся завтра. – Скотт покраснела еще сильнее и быстро покинула офис.

Меня восстановили. Меня приглашают женщины в гости.

На улице замерзла грязь. Неужто белая полоса?

Пола, наконец, выписали. Он, мужественно превозмогая боль, наклонялся за упавшим карандашом и стонал при каждом движении.

– Меня уговаривали отлежаться дома недельку. Но я все равно пришел на работу. – хвастался Пол.

А ведь есть на свете прекрасные страны бывшего СНГ, где сидеть на больничном, больше десяти дней считается моветоном.

Вызовов не было. Никто ничего не ломал. Никто не проецировал.