Завтра. Гром завтра. Солнечный восход завтра. Долгая дорога в завтра

 – Кто ты такой?

– При крещении мне дали имя Бенджамин Франклин Джордж Вашингтон Смит, – прошептал азиафриканец. – Но Тайной Сети я известен как Икс-восемнадцатый.

– Но… ты ведь азиафриканский солдат!

– Конечно. Конечно, солдат. Это самое забавное. Понимаешь, когда азиафриканцы впервые пришли, они думали, что цветные присоединятся к ним и выступят против белых. Они сообщили, что ждут нас. Они ошибались.

Они узнали, что мы сначала американцы, а уже потом цветные. Но кое-кто из нас подумал, что лучше сражаться с ними изнутри, поэтому мы пришли к ним.

– Не если они узнают, что это обман?

– Те, о ком узнают, – сказал Уоштон, – умирают долго, но это нас не останавливает. Саботаж – это почти всегда цветные. Но я долго здесь, и поэтому решили, что я должен все узнать об этом месте: где размещены пулеметы и большие пушки, где расставлены часовые и все такое. Месяц назад меня перевели в охрану тюрьмы, но…

– Подожди! – возбужденно прервал его Дикар. – Ты говоришь, что все знаешь об этой крепости?

– Конечно, но какая от этого польза? Никому это не принесет пользу, никто ничего не сможет сделать после этой последней прокламации.

Америки больше нет…

– Она есть! – хриплым голосом прервал его Дикар. – Америка по-прежнему есть, Уоштон, и сейчас создается армия, чтобы сражаться за нее. Армия с знаменами!

– Слава Господу! – Уоштон поднял руки над головой ладонями вверх. – Армия с…

– Тише, – прошептал Дикар. – Тише и слушай меня. – Он ухватился руками за прутья и быстро заговорил.

 – Армия попытается завтра ночью захватить эту крепость. Ей нужно все знать о крепости, и ты сможешь это рассказать. Тебе нужно выйти и рассказать им.

– Конечно. Конечно, я расскажу. Выведу тебя и…

– Нет! Ты не должен тратить время, пытаясь меня вывести. Слушай. Я расскажу, как их найти…

– Ты покажешь мне, как найти, – прервал его Уоштон. – Так будет быстрей и надежней.

Он вставлял маленькую железную штуку в пластинку на прутьях.

– Господь простил меня за то, что я сомневался в Нем, – говорил он, – когда меня поставили сюда.

Они подумали, что никто не будет таким безумным, чтобы вывести кого-нибудь отсюда. Я должен был знать, что Он не зря послал меня сюда. Он послал меня в тюрьму, чтобы я сделал важное дело.

* * *

Дверь из прутьев раскрылась, и Дикар собрался выходить.

– Подожди, – прошептал Уоштон, останавливая его. – Это здесь, в этой камере. – Он оставил кучку металлических предметов свисать из отверстия.