Изгоняющие дьявола

А отец был одержим.

– Он был нацистом?

– Скорее да, чем нет… он слишком поздно понял, с кем связался… увы, слишком. Он был чертовски упрям, чтобы признать свою ошибку.

– Он погиб?

– Нет. Благополучно вернулся домой. Продолжил дело своего отца. Только так и не смог избавиться от чувства вины. Оно его и уничтожило в конце концов. Он страшно умирал, от рака… были чудовищные боли… он все твердил, что это ему наказание свыше. Наказание за миллионы загубленных жизней. Он умер в 50-х… совсем еще не старым. Перед смертью просил прощения и отпущения грехов.

Не знаю, получил ли он его. Не мне его осуждать или оправдывать. В те годы я был совсем несмышленым ребенком.

– Так значит мы с тобой по разные стороны баррикад?

– Какие теперь баррикады? Сын за отца не в ответе. Я тогда был младенцем. Германия пережила свой позор и избавилась от чумы. Неужели в вас еще кипит ненависть?

– Конечно нет. Меня тогда не было еще даже в планах. Я не воинствующая фанатка. Пусть мертвые хоронят своих мертвецов.

– Пусть.

 – Фридрих опрокинул еще стопку.

Марианна задумчиво потягивала шампанское.

– Уж не война ли источник вашего благосостояния?

– Надеюсь, нет. У нас было дело еще до войны. Отцу удалось развить его, а я продолжил. Хорошие продукты нужны людям всегда. Теперь у меня несколько направлений бизнеса. Но, думаю, тебе это неинтересно.

– Ты женат?

– Да. Жена моя ровесница. Сыну 50 лет, внуку 25. Не густо, но так уж случилось. Сын работает со мной.

– У меня тоже муж и дочь.

– Я не уверен, что хочу знать подробности вашей личной жизни, дорогая Марианна.

Мне хочется думать, что ты принадлежишь исключительно мне.

– Я никому не принадлежу. Даже себе.

– Я понимаю, но позволь мне хотя бы помечтать об этом. Мне не хватает здоровых иллюзий. Я закажу ужин?

– Пожалуй. На твой вкус. Эти названия мне ни о чем не говорят.

Покончив с ужином, Фридрих рассчитался, оставив щедрые, как показалось Марианне, чаевые. Он шепнул официанту что-то и тот кивнул, приглашая Фридриха и Марианну идти за ним.

Марианна, заинтригованная, шла, держа Фридриха за руку, по полутемным коридорам. Официант распахнул перед ними дверь комнаты, в которую они вошли. Дверь за ними закрылась. Комната была совсем небольшой, без окон, в углу стоял подсвечник с тремя свечами. На полу и стенах были ковры, а вдоль периметра разбросаны подушки. В центре комнаты высился кальян.

– Очень романтично. – Марианна с интересом рассматривала обстановку.

– Я люблю здесь бывать.