Рассказы из провинции

Замыкающий Игорь, почувствовав взгляд Губенчихи, обернулся и запинаясь сказал:

– Спасибо, тётя Валя, до свиданья!

Губенчиха кивнула, оставаясь неподвижно стоять.

– Ну, наконец-то! – закричал Димон ехидным голосом. – Не прошло и полгода!

В ожидании гостей он сидел на перилах веранды. Истомленные зноем путники один за другим входили в калитку. К Алинке радостно подбежала Соня. Её платьице украшала аппликация Совуньи из «Смешариков».

Ребята торопливо наливали себе соки и минеральную воду, наперебой описывая происшествие.

Бабушка Димы вынесла на веранду блюдо с крупной клубникой и осталась стоять, слушая сумбурный рассказ.

– Это вас Губенчиха водила, – осуждающе произнесла она. – А вообще – надо здороваться со старшими!

З А Г А Д О Ч Н Ы Й С Л У Ч А Й.

Утром, до школы, Борька часто шел помогать матери. Наталья ещё дома натягивала на пальто синий рабочий халат, а ноги в рыжих стоптанных туфлях вставляла в неглубокие калоши, потому что даже в сухую погоду ей попадались грязноватые места.

Ранними малолюдными кварталами они быстро доходили до конторы, во дворе которой всегда уже кто-нибудь сидел. Борька с мамой здоровались с сотрудниками и Наталья заходила в свою дверь, а Борька – в свою. Там за стойкой старичок Никитич приветствовал его рукопожатием, называл «наш человек» и вручал ведерко с клейстером и мочальной кистью. Наталья из своей двери выносила высокий брезентовый мешок с лямками, в котором туго стояли рулоны афиш и газет. Нагруженные, они выходили на улицу и начинали привычный маршрут. Борька обожал свои деловые походы с матерью и знал, что друзья-мальчишки завидуют ему.

Наталья обходила подопечные кварталы, ловко и аккуратно наклеивала афиши на фанерные щиты на стенах, заборах, где-то счищала старые, меняла номера газет в стеклянных витринах. Борьке она не разрешала мазать клеем, только подносить – потому что он был без халата, а одёжку надо беречь. Прохожих становилось всё больше, иногда их окружала толпа и начинала сразу читать газеты, мешая спокойно отойти, и Борька боялся выпачкать кого-нибудь своим ведерком.

Когда шли по одной из центральных улиц, Борька поднимал голову и смотрел на каменный щит на крыше старинного двухэтажного дома с колоннами. Что было раньше на щите – неизвестно, а теперь красовались привычный серп и молот. Но сверху щита чудно торчал маленький рыцарский шлем, принимаемый Борькой за шлем водолаза. В свое время рабочие видимо, посчитали так же и не сбили его.