От Я до А

Хочется спросить тебя, её, себя,

одинокого человека:

не надоело носить в решете воду,

пить наугад правду, в кромешной мгле

му?ку толочь, помнить ночь

появление на свет из пром/зон/ежности?

Жаль, процесс появления нельзя повторить.

Повторить можно боль с лихвой,

на пупок надавить, разорвать рану, соль

сыпать и голосить,

но блуждание в темноте

искаженных смыслов

не приносит ответ в целых числах,

впрочем, числами тоже не будешь сыт.

Ты в кино:

в безутешных рыданиях души

посмотри на часы,

на часах циферблатом лежит вся жизнь,

раздели на двенадцать, стрелка заворожит,

сон-асфиксия, перед глазами круги,

существуй и живи, жми на точку Пи…

И в кромешной тьме без/д/над/н/ежности,

в беспросветном желании

заполнить стигматы

ты идешь на манеж, чтобы SOSтрить,

набиваешь в рот стек/с/ловаты

и начинаешь словотворить.

Ц

инициация целой ЦИфры

Невозвратно. Неостановимо,

Невосстановимо хлещет стих.

    М. Цветаева

Всё минет – годы разбегутся,

мы – лишь при мясе кости,

прямо ходящие

средь водорослей на планете,

рыбы немые, говорящие и внемлющие,

как микроточки на планшете карт,

где в миллиметрах

суть гигантских расстояний.

Рог изобилия к нашим услугам,

ты только наклонись и подними,

чтобы примерить,

прикинь размерчик и накинь на плечи,

носи на здоровье убитого зверя.

Вот только не спутай процесс нагибания

с желанием прогнуться

перед тебе же подобным

созданием одноутробным.

Стой прямо, смотри в глаза, дыши ровно!

Всё минет, здесь мин нет,

и жаркий минет канет в память,

как капля в беспамятства омут,

иль в темноте бездна

уйдет в неизвестность.

Живи, carpe diem, в усладе,

день не навсегда,

урожай пожинаем сегодня,

пока в тебе плещет вода,

хлещет плач по щекам,

бежит изнутри через глаза наружу.

Ты – это барракуда,

плывешь словно дышишь,

покуда ты разницу слышишь:

Как лучше?

Бар… рак… удав…

Бар? А куда?

Ба! Раку да!

Бар – рак уда?

А, Дукар, раб? Адук араб? Ад у карраб?

Рагу у бар, а рабу угар!

Лингвистические происки,

языковые прииски,

ласкающие киски,

холодный виски и лед айсберга —

дрейфующая глыба, плакучая ива,

плывет рыба, вмерзает в море,

расплавляясь в миноре,

возникает из горя —

в никуда отправляется из ниоткуда.

Всё минет – разбегутся годы,

минуты и часы разложатся в секунды.