Девятка

– Я где-то слышала эту песню, – завороженно произнесла Нина, не отрываясь от экрана.

– Да, что-то знакомое.

– Еще бы, она бесподобна. И фронтмен такой красавчик.

– Он просто улыбается как-то… притягательно.

Нина засмеялась.

– Глупый. Уже второй год идет, а мне все так же смешно от твоей ревности.

– Тебе не кажется, что клип на эту песню какой-то глупый?

– Что в нем глупого? Людям весело, идея оригинальная.

– В том-то и дело, что им весело. А песня лирическая: «Я умер на твоих руках».

Мне кажется, это большой диссонанс.

– Разве обязательно снимать клип, руководствуясь исключительно текстом?

– Если нет, то выходит, что текст для самих исполнителей вообще ничего не значит. Выходит, они написали его только ради денег или славы.

– Что ж, во-первых, песни о любви вообще никогда ничего не значат, они просты как стишки для детей. Там нет мелкого шрифта, и нечего читать между строк. Если они нравятся, то вряд ли из-за чего-либо кроме аккомпанемента или вокала.

Во-вторых, у нас что, новый диванный критик появился? Люди написали красивую песню, очень возможно, ради славы или денег, люди сняли красивый клип, заработали на этом тысячи долларов, их стали узнавать на улицах, так за что их упрекать? Они все сделали идеально… А ты? Где твои миллионы и слава?

– Я обменял их на тебя.

– Да, вовек не забуду. То есть ты хотел сказать, что я для тебя сплошное разорение?

– Я хотел сказать, что ты дороже миллионов и славы, – соврал Сергей.

 – Любишь переиначивать.

– Нет, – сухо возразила Нина. – Просто вы парни ленивы до ума и бестактны. Как друг перед другом за базар пояснять, так вы мастаки, а как перед девушкой – пиши пропало.

В бар зашла еще одна семья с девочкой лет десяти.

– М-да, бедные хозяева, – вздохнул Сергей, доедая борщ. – В их бар заходят перекусить, а не выпить.

– Если бы им это не нравилось, они бы не продавали здесь блины и солянку.

– Не все так просто, лисенок.

Она откинулась на спинку деревянного стула и в очередной раз осмотрела помещение.

У стойки двое обсуждали меню, держа в руках залакированный листок бумаги, пока девчонка тихо сидела за столом с планшетом в руках; один из трех дядек громко хохотал, другой с улыбкой запихивал за ухо сигарету, третий запачкал пальцы в сгущенке и намеревался их облизать; семья из четырех человек молча смотрела, как ей раскладывают полные еды подносы на стол. Нина задержала на них внимание.