Моряк солёны уши. Пермский этап

– Предположим, вы правы. Ну и что?

– А, то, что вы опоздали. Там уже все выгребли. Я ходил, смотрел. Одно тряпье осталось.

– Может что-нибудь найдем.

– Попробуйте.

Когда вышли на карстовую воронку с пещерой, то сразу поняли, что староста был прав. На дне воронки валялись обломки досок, какой-то брезент, клочья бумаги.

И все-таки бывшие моряки приехали не зря. Они обнаружили и вывезли в Петербург очень много интересного:

– три завернутых в пергамент полковых знамени (в очень плохом состоянии),

– два полуистлевших морских мудира,

– 21 крест «За усердие»,

– морской кортик,

– попорченные плесенью церковные хоругви,

– две подгнившие деревянные скульптуры каких-то святых,

– кипу машинописных документов,

– 8 Георгиевских крестов,

– несколько небольших картин, скатанных в рулон

и еще много чего по мелочи.

Грабители в спешке обронили и затоптали в грязь несколько уникальных ювелирных изделий, а питерцы их нашли.

Шонс, рассматривая перстень с изумрудом, ограненным в пятигранную пирамиду с бриллиантом на каждой грани, изрек: «Только ради одного этого уникума стоило ехать сюда».

Приехав в Питер, компаньоны рассортировали добычу. Ювелирные изделия и часть крестов они пустили в дело, а военные реликвии раздали по музеям. Так в Артиллерийский музей были переданы полковые знамена, часть крестов. В Военно-морской музей отдали морские мундиры и кортик. В Русский музей передали деревянные скульптуры, хоругви и картины.

Музеи были очень благодарны и довольно быстро включили новые приобретения в свои экспозиции.

Однажды Барсуков заглянул в Военно-морской музей. К своему удивлению в одном из залов он увидел переданные музею попорченные морские мундиры из карстовой пещеры. Они были тщательно отреставрированы и снабжены табличкой:

«Выходной и парадный мундиры адмирала А. В. Колчака.»

Перед мундирами лежал морской кортик.

Выйдя из музея, Барсуков пустился в мудрствования:

«У всех муз их поклонники и служители – вполне адекватные и даже талантливые личности.

И только Клио не повезло. Во все времена, а в наше время особенно, историки – это несерьезные коньюктурщики, подлаживающиеся под власть. Совсем недавно во всех учебниках, энциклопедиях, исторических монографиях Колчак – это лютый враг и изверг, заслужено получивший смертный приговор. Теперь же Колчак – крупный исследователь, ученый, герой Порт-Артура и Первой МВ, последовательный борец за идею.