Беседы с Жоржем

– Да-да, – кивнул я, – на этот счёт интересно рассуждал Пригожин,[15 - В 1977 г. бельгийскому учёному Пригожину была присуждена Нобелевская премия по химии «за работы по термодинамике необратимых процессов, особенно за теорию диссипативных структур».] а Тьюринг предлагал рассматривать самоорганизующиеся системы как диссипативные, синергетически…

– Не перебивайте. Человечество, как структурогенная среда, основывается в свою очередь на гомеобоксах, то есть рассеянных среди людей социогенах, благодаря которым из однородной группы людей появляется и административно-командная пирамида, и всяческие клубы по интересам, и культурно обособленные образования, и всё такое прочее.

«Любопытно, – подумал я, пока Жорж проговаривал свою мысль, – проходящие мимо горожане едва ли думают о себе как о части человечества. Быть и осознавать – несколько разные вещи». Прохожие слышали, но не обращали внимания на нашу беседу.

Жорж продолжал:

– Эти самые люди, с другой стороны, должны как-то общаться между собой, владеть общим метаязыком, позволяющим осуществлять как индивидуальное, так и межкультурное взаимодействие. Существует такое понятие как университет – это своего рода фабрика толкователей смыслов. Ведь если люди не поймут друг друга, то одна клетка мегаорганизма элементарным образом съест другую, более слабую клетку – именно это мы и наблюдали так ярко в эпоху колонизации Америки, да и всю историю человечества.

– Интересно у вас получается: вы хотите сказать, что можно всех одеть в униформу, выучить одному языку, выделить ячейку в сотах улья – и всё равно общество не утратит гибкости. – Жорж неопределённо повёл бровями и, давно держа в руке сигарету, полез в карман пальто за зажигалкой. Огонёк долго не хотел разжигать взмокший от сырости табак, однако человек организует материю, и в конце концов Жорж победил.

 – Улей, говорите? – улыбнулся он. – Не самый плохой пример; он так напоминает военную организацию… Пчёлы, такие одинаковые с виду, имеют чёткую специализацию: есть у них и разведчики, и сборщики мёда. Так что одно другому не мешает: полосатая спецодежда, аскетические камеры для тружеников – и наилучший среди прочих обитателей планеты результат по сборке мёда. Вот так-то.