Беседы с Жоржем

Да! Вот у меня ИЖ-27, к примеру, с пятидесяти метров дробью две-три пол-литровых бутылки вдребезги разбивает, а из-под шампанского – с тридцати метров. Кстати, очень приличный бой.

Мы идём между голых деревьев, кое-где солнце блестит на поверхности луж, листья липнут к сапогам. Вальдхаузен почти не смотрит вперёд; но и я, впрочем, гляжу под ноги.

– А в городе, говорят, хорошо стрелять по воронам, можно из пневматики. Представьте-ка, если ворона сидит на ветке, и грамотный стрелок вышибает из неё дух аккуратно, то тогда тушка делает кувырок и на некоторое время повисает вниз головой, прямо как летучая мышь.

Потом, конечно, падает.

«Как мило, наверное, жить в лесу. Охотишься на кабана да на вальдшнепа, в городе пополняешь запас книг – что ещё надо?»

– Слушайте, был у меня дед, – развлекает меня лесник, – так он ещё в финскую войну снайпером в диверсионных отрядах служил. Время прошло быстро, и вот он уже старик, сидит себе в селе, доживает годы. Ну, и нашёл себе удовольствие: оборудовал чердак с видом на дальний лес, тут и закуска, и бутыль с веселящей жидкостью, и ружьё.

Чуть где в сене зашевелится – бах! – и порядок восстановлен, в затылке у мыши дыра. Не жизнь, а праздник. Как-то бабка посеяла чеснок, и соседские куры принялись его щипать. Хозяйка в крик, а дед, не долго думая, тут же десяток птичек и уложил. Что тут было! Сначала соседи ринулись на деда – что ж ты, мол, творишь! – а тот, уже под градусом, но ещё не до конца погрузившийся в прошлое, медленно переводит прицел на них. Пришли они только вечером, и говорят: ну, старина, дай нам, дорогой, хоть не всех, хотя бы пару… Не просто так, разве можно. У нас известно как всё делается, всё в бутылках меряется.

Мы выходим на опушку леса, перед нами – спуск к автомагистрали.

– Уважаемый, и где же конечный пункт? – спрашиваю я, обтирая сапоги о вялую траву.

– Ну, так пришли уже, вот и позиция. – Вальдхаузен указывает на пригорок с приличным сектором обстрела.

 – Располагайтесь, пожалуйста, всё будет в лучшем виде.

Мы расстелили брезент, оборудовали гнёзда для ружей, надёжно замаскировали огневую точку и заняли позицию. Лесник теперь умолк, и позади стал слышен глухой рокот спящего леса. Машины впереди, давно покинув город, играя солнечными бликами, бежали, как игрушечные. Если, конечно, не смотреть в мой оптический прицел.

– Так, – говорит Вальдхаузен, – теперь будьте внимательны, вон движется ваша цель.