Прыжок

Прыжок

Елизавета Ставрогина

Роман Борисович Лузов – 24-летний писатель и журналист. Два года назад он потерял лучшего друга Сашу, и теперь все, чем он живет, – это его «вымученный» роман, который он никак не закончит, и ненависть к Андрею Зубову, которого все обвиняют в убийстве Алекса… Вокруг кружка молодых людей кипит и меняется жизнь, но они – продукт общественного застоя – обречены на апатию и молчаливое безразличие ко всему происходящему. Это история о бессмысленных жертвах, смерти, поиске бога, политике и (совсем немножко) о любви.

А еще о том, что каждому из нас однажды придется прыгнуть выше головы.Содержит нецензурную брань.

«И свет во тьме светит, и тьма не объяла его»

– Ев. от Иоанна. Гл.1,ст.5

Глава первая

Туманный Альбион

«When you and I were at the cemetery last time, I felt it absolutely piercingly and clearly: you know it all, you know what happens after death – you know it so simply and calmly – as a bird knows that, fluttering from a branch, it will fly and not fall down… We are so special»[1 - Набоков Владимир Владимирович (1899-1977гг.

)/ «Письма к Вере»: Когда мы с тобой последний раз были на кладбище, я так пронзительно и ясно почувствовал: ты все знаешь, ты знаешь, что будет после смерти, – знаешь совсем просто и покойно, – как знает птица, что, спорхнув с ветки, она полетит, не упадет… Мы с тобой совсем особенные.]

В наш век ночь никогда не наступает. Люди давно победили свой главный страх – страх темноты. Мы уже не знаем, как на самом деле выглядит настоящая тьма.

И сколько бы мы ни вглядывались в эту сумрачную пустоту – нам никогда не утонуть в ее глубине.

Вот и сейчас, подойдя в ночи к своему рабочему столу, заставленному фотографиями в фигурных рамочках и прочими безделушками, собирающими пыль, но доставляющими какое-то садистское эстетическое удовольствие, Мария Сергеевна Агафонова включила старый французский светильник с абажуром и комната тут же залилась тусклым светом. Ей не спалось. Расчесав свои густые длинные волосы, она повернулась и посмотрела на сладко спящего мужа.

«Ох уж эти англичане!» – подумала она про себя, рассмотрев в полутьме его идеальную прическу, ничуть не помявшуюся во время сна, и улыбнулась. Одной этой улыбки всегда было достаточно для того, чтобы свести с ума любого мужчину, и вся прелесть была в том, что сама Мари об этом даже не подозревала. Возможно, поэтому каждое ее движение, каждый взгляд казались такими притягательными – они были до смешного просты.