Перерождение. Книга 2

Кроме прочего, я возложу на вас ответственность за срыв самых масштабных за последние десять лет исследований гриппона. Это еще не все…

Винбург прервал вырывающуюся реплику Данилевского выставленным вверх пальцем.

– Во-вторых, если все произойдет с точностью до наоборот и родство самых опасных вирусов нашего времени подтвердится, на совете будет поднят вопрос о вашей компетентности как ученого, не сумевшего ранее это обнаружить. За вас это сделал простой лаборант, который, возможно, является гением. И ваш долг, как мастера науки, было доложить о нераскрытом таланте в Институт соционики.

Ваш долг дать министерству самые лучшие кадры, а не гробить их.

– Перед агентами соционики я ответил два года назад, господин Винбург. И мой статус дает мне всяческое право заткнуть ваш рот и чей-либо другой. Мое право определено нормами. Не вам меня пугать. Насколько я знаю, вы были лишены статуса мастера науки в тот же год, когда я его продлил.

– Но так я и не работаю в сфере практической науки. Моя работа стала куда изящней.

Я внимательно слежу за вами, профессор. Мой долг сообщить в соционику о ваших огрехах. Мы ведь все заботимся о величии Федерации, – Винбург широко улыбнулся.

Довольству чиновника не было предела. Он во всех красках демонстрировал это Данилевскому. Профессор жаждал продолжения спарринга. Но Винбург опередил его и подрезал на повороте, уйдя от удара в сторону правого лифта.

– Мы еще встретимся, – попрощался чиновник.

Профессор проводил его пылающим взглядом, ругая про себя весь свет.

Чиновник спиной чувствовал обжигающий нрав Данилевского. И сейчас его улыбка была искренней. Войдя в лифт, он развернулся, желая еще раз взглянуть профессору в глаза, но подоспевшие сотрудники института закрыли от него лакомую жертву.

Вскоре чиновник оказался в кабинете директора центра – Ожина Антона Исаевича. Войдя в просторный кабинет, он увидел сидящего в кресле перед директорским столом майора Саврасова. В руках он держал черную папку. Заметив чиновника, майор прикрыл папку и аккуратно заправил все выпирающие электронные листы.

Взгляд Винбурга скользнул по папке и устремился к директору. Ожин решил идти в атаку первым – ему не хотелось, чтобы Винбург задал вопрос о майоре.

– Ну и что? Как он отреагировал?

– Да, собственно, ничего особенного. Все прошло достаточно предсказуемо, – чиновник прошел в кабинет и остановился возле большой схемы молекул на стене.

– Он разозлился? – уже зная ответ, спросил директор.