Славься, Кей!

Видишь довольно яркая звезда на пятом отрезке?

– Вижу. Толь… ну, зачем мне это?

– Лен! Эта звезда – Полярная. Знаменитая Полярная Звезда. А что такое Полярная Звезда?

– Она всегда висит точно над Севером.

– О! Молодец!

– И таки зачем же мне сия знаменитость? Я и так красивая и умная!

– А затем, что если вдруг заблудишься, то всегда будешь знать, где находится Север!

– Толь…Мы живем в современном мире. Есть ЖПС, есть мобильные, есть спасатели, есть компасы в конце концов! Ну, буду я знать, где Север, как мне это поможет не заблудиться?

– Сможешь идти по прямой, а не плутать.

Например, в лесу. В лесу ночью без компаса очень легко потерять направление.

– В лесу?

– Ага.

– Ночью?

– Э-э-э…

– Толь. Посмотри на меня. Я сказала, на меня, а не на сиську. Толь! Не на звезды, а на меня! Вот так. Я тебе один вопрос задам… галактического масштаба… мона?

– Давай!

– Ты, конечно же, в курсе сложившейся угрожающей… я бы даже сказала катастрофической ситуации?

– Э? В каком смысле?

– В демографическом, дурачок! Родина в опасности!

– Э?

– Глупый! Ты меня любишь?

– Да!

– Ну, и? Где доказательства нашей любви? Не пора ли нам пора?

* * *

М-да… Очнулся от воспоминаний, в глазах слезы, в носу сопли.

Какой вы нынче чувствительный и плаксивый, Анатолий Владимирович. Объяснимо, конечно – организм молодой, всего девятнадцать лет. Весь на гормонах, на эмоциях.

Даже один раз на Розу отреагировал со всей юношеской горячностью, когда подниматься было еще нельзя и меня обтирали ароматными губками.

Благо, девушка она понимающая, деликатная – только фыркнула весело и пальчиком погрозила – так что никакого урону ранимому подростковому самолюбию причинено не было.

А в первые дни от улыбки Розы (а улыбалась она и другие медсестрички в моем присутствии часто и с охотой) в груди даже покалывало от бессмысленной надежды (ну, это же сказка, фантастическая сказка – почему бы и нет?!), но я давил сожаления тут же – мне только психического расстройства не хватало.

«Жизнь продолжается» и все такое. Или как там себя принято успокаивать в таких случаях?

Глава 2

Ранним утром четвертого дня, когда солнце только-только осветило горный пейзаж на огромной картине на противоположной стене (попутно пробившись под закрытые веки единственного находящегося в палате пациента), Роза, торопливо постучавшись и одновременно сбросив свою визитку (тут так принято), ворвалась в мою палату.