Лэйла-стероид

 – А теперь ты сделаешь вот что…

Когда Макс поднял голову, рядом с ним уже никого не было. Только раздался странный хлопок, будто большая птица взмахнула крыльями, да на мгновение перед глазами вспыхнули буквы на поверхности капсулы. Буквы, о которых Максу уже не суждено было забыть никогда. Затем все погасло.

Петр и все стоящие рядом с ним обернулись на звук открываемой двери. Свист и улюлюканье сопроводили появление на пороге Макса, прижимавшего к груди огромный букет. Гомон подняли даже новобранцы.

“Дед” презрительно скривился. Макс и Петр одновременно сделали несколько шагов и оказались в полуметре друг от друга. Публика притихла. На сцене остались лишь два действующих лица.

– Ты не мужик, – тихо заговорил Петр, постепенно повышая голос, как заправский актер. – Ты щенок, которого надо учить.

С этими словами “дед” снял с себя широкий армейский ремень.

– Он принес не те цветы, – громко сказал Петр “работая” на публику. – Моя девушка такие не любит.

Он оглянулся на слушателей, смеясь и пощелкивая сложенным вдвое ремнем.

– Цветы не для нее, – четким и бесцветным голосом произнес Макс.

Петр резко обернулся. Глаза Кретова смотрели куда-то далеко и мимо перекошенного лица “деда”. Макс улыбнулся. Засохшая губа треснула и по зубам потекла тоненькая красная струйка.

– Цветы только для тебя, красавчик.

Кретов засмеялся, слегка согнув худощавое тело и заглядывая в лицо Петра вывернув голову.

Пальцы Макса скрючились и застыли как коготь. Левая ладонь тщедушного новобранца взметнулась вверх и врезалась в подбородок Петра с такой скоростью и силой, что свистнул воздух.

Ничего не понимающая толпа ошарашено смотрела, как “дед” тряпичной куклой отлетел к стене и с омерзительным хрустом врезался затылком в стену. Со звериным воем Макс размахнулся и швырнул букет в ошарашенное лицо.

– Покойся с миром, падла!

Оторвавшиеся фиолетовые лепестки, кружась засыпали рухнувшего на пол Петра, и два из них заботливо прикрыли мертвые глаза “деда”, словно причудливые монеты.

* * *

Его приговорили не по законам военного времени, а по закону "не выноси сор из избы". Новобранец, прикончивший старослужащего должен был исчезнуть. Так по крайней мере было заведено в тех войсках, куда судьба-злодейка занесла Макса.