Лэйла-стероид

– И что же мы будем делать? – Скалин толкнул разговор на нужные рельсы, так как вагон покатился не туда.

Кадышев откинулся на спинку стула и несколько секунд помолчал, словно обдумывая ответ. Внезапно Скалин заметил, что при абсолютной прозрачности стекол полковничьих очков, за ними совершенно невозможно рассмотреть его глаз.

– Будете делать то, – тихо сказал Кадышев, – в чем категорически не должно быть замешано государство.

– Скалин, очнись, – шепнул Володя Смирнов, суя ему в руку десертную ложечку.

 – Пожуй хоть для вида, старик, я тебя не узнаю.

Спохватившись, Скалин зачерпнул «Альгиды» и молча прислушался к ощущению прохлады на языке. Этот нехитрый прием, секундное, полное сосредоточение на каком-либо физическом ощущении, позволял привести в порядок мысли.

Пять секунд спустя, бывший солдат спецназа, а ныне частный детектив и «сталкер» Евгений Скалин, с легкостью извлек из памяти строчки из письма Кадышева (перед прочтением съесть), переданного из рук в руки.

Кожухов Сергей Николаевич или Краб, как его именовали агенты Британской разведслужбы.

Сын известного в прошлом дипломата, внезапно ощутил потребность в крупных финансовых средствах. Папа умер, а сынок, устроенный стараниями покойного в МИД, за год передал англичанам в обмен на криптовалюту столько секретной информации, сколько другие ренегаты передают за несколько лет. Отчасти именно благодаря этому темпу Кожухова вычислили, повели и вот теперь загнали в угол.

Сейчас у него в кармане наверняка уже лежит паспорт на чужое имя и билет, в какой-нибудь отдаленный уголок земного шара, где его уже поджидает пластический хирург, который и превратит господина Кожухова в мистера Джонсона, мистера Твистера или что у него там будет за имя в его новых документах.

Работа группе Скалина досталась на сей раз простая и примитивная. Без шума сопроводить Кожухова в указанное место. Единственной сложностью казалось именно требование "без шума", но взглянув в лицо объекта, на его безвольный подбородок и нерешительный взгляд, Скалин понял, что и тут никаких трудностей не предвидится.

Смущало только одно.

Какого черта нужен неофициальный арест? Из этой истории могла получится шикарная ода во славу России, сумевшей обезвредить матерого шпиона. Вместо этого зачем-то все решено сделать как можно более скрытно. Перевербовывать бессмысленно. С такими агентами, исчерпавшими свою полезность для МИ-6, до конца жизни уже никто не связывается.