Дневник БОМЖА

Впрочем, когда знаешь, что где-то на Земле есть она, то плохо не может быть нигде.

Часть вторая

15 ноября 2019

Прошло чуть больше года, как я выкупил у ломбардщика флейту и вечером следующего дня перелез с ней через забор в сад Бригитты. Я жил тогда мечтой, что, притаившись под окнами гостиной, вновь услышу звуки ее рояля и, поднеся к губам флейту, подхвачу мелодию, открою себя в ней, поведу за собой, объяснюсь музыкой в любви. Произошло нечто другое, не менее светлое, но печальное.

Бригитта оказалась в доме не одна. Бархатные портьеры на окнах гостиной были задернуты, о происходящем внутри я мог догадываться лишь по звукам, проникавшим в сад через открытую форточку. Вначале я услышал некое движение, как бы соприкосновение двух тел, а потом, дрожащий баритон приглушенно с нотками сожаления на вдохе, видимо отвечая на ранее заданный вопрос, произнес:

– Нет, нет… Тот букет не от меня. Ты же знаешь, я вот только сейчас, даже не заглянув к своим, прямо с поезда – к тебе.

И потом, с чего бы я стал таиться в глубинах твоего сада? Я жил ожиданием встречи, мне снились твои губы. Я целый месяц с ума сходил от одиночества в толпе людей.

Баритон смолк, вновь что-то зашуршало, вздох Бригитты, минута тишины и наконец, ее голос с придыханием:

– Мне никто раньше не дарил таких огромных букетов.

Звук шагов по направлению к входным дверям, что-то мягкое падает на пол и тут же вновь взволнованный голос мужчины:

– Через полчаса я вернусь с букетом вдвое большим этого!

Звуки капающей воды, голос Бригитты:

– Не уходи! Я сейчас выброшу этот злосчастный букет в окно!

– Это глупо!

– Тогда останься!

Снова шаги, но уже от дверей.

Тишина и снова баритон:

– Никто тебя не любит так, как я!

Тихий голос Бригитты:

– У меня кроме тебя никого нет, не было и не будет.

– Тогда будем считать, что букет подарили ангелы. Ибо дарить, не требуя взамен даже благодарных слов, и никак не выказывая себя – свойство небожителей.

– Я люблю тебя.

Снова легкие шорохи в тишине и минуту спустя, снова голос Бригитты:

– У меня такое чувство, что эти небожители сейчас где-то рядом, и мне их до слез жалко.

– Почему?

– Не знаю.

На моих глазах тоже навернулись слезы. В груди и голове творилось нечто невообразимое. Радость за обретшую счастье Бригитту, и всеобъемлющий минор – мне, названному небожителем, никогда не суждено быть ее возлюбленным.