Высокоблагородие

«Идти домой… домой… пока не оказался в канаве», – твердил себе под нос Гавриил Панкратович.

Извозчик, с трудом разобрав названный адрес, медленно направил лошадь в путь. Но внезапно кобыла понесла во весь галоп, и на повороте, через пару домов от трактира, коляску занесло. Столкнувшись с другим экипажем, она упала на бок. Не понимая происходящее, от сильного удара Гавриил выскользнул с сиденья и распластался на мостовой. Темнота…

…Он приоткрыл глаза, ощутил резкую боль в ноге и застонал.

Чьи-то осторожные руки охладили разламывающийся от боли лоб. Гавриил снова закрыл веки.

Когда он очнулся, над головой чернел потолок, было темно и пахло сыростью. Гавриил попытался приподняться на локтях. Он лежал на кровати в нижнем белье, ноги были укрыты клетчатым пледом.

– Слава богу! – кто-то прошептал в изголовье. – Опамятовался.

– Где я?

– Теперь все хорошо, ваше благородие, на доктора денег нет, но я сама понимаю в медицине. Раны поверхностные, переломов нет, ушибы да ссадины, хвала господу.

В комнате было темно, единственным освещением была яркая луна, свет которой падал на край кровати перед окном.

– Где я? – настойчивее спросил Гавриил.

– Вот и нотки барина появились, – улыбаясь, сказал женский голос с узнаваемыми бархатными нотками. – Не чаяла, что увидимся вновь, ваше благородие…

Женский силуэт предстал перед взором Гавриила.

– Ты?! – от неожиданности он поперхнулся и закашлялся.

– Я! …Шла за вами всю дорогу после парка.

Потом, когда из трактира вышли сами, решила больше не преследовать вас, так возничий столько шуму наделал… Пока я добежала до крушения, они уж вас подняли… В другую пролётку и вот… вы у меня в гостях…

– Как звать? – тихо спросил Гавриил.

– Луладджа… Лула

– Гавриил Панкратович, – сухо представился советник.

– Я помню…

– А чего не в табор повезла? Денег бы выпросила за спасение…

– Шутить изволите… не надобно мне денег, а живу я одна…

– Судя по шикарной комнате, просто купаешься в достатке, – иронизировал Гавриил.

 – Воды дай, голова болит… Возьми деньги в кармане сюртука, найми экипаж закрытый, адрес я возничему сам скажу… загостился, домой хочу! – отрезал Гавриил.

– Жаль, под руками ничего тяжелого нет, так бы и оглушила, чтоб опять в беспамятстве оказались, сразу мирным станете, – с обидой произнесла Лула.

Гавриил расхохотался, насколько позволяла боль в грудной клетке.