Академия магоубийц – 2

Через две недели будет бумага, которая позволит вам отправиться к родным и близким и стать на воинский учёт по месту пребывания. Но я очень надеюсь и рассчитываю, что после всего, чего что мы прошли, я вновь увижу вас здесь, и мы снова отправимся в бой. Впрочем, если для кого-то войны стало слишком много в последние месяца, я не настаиваю. Я не просто так открыл вам правду о будущем направлении войны. Вам есть кого или что защищать. Выбор за каждым из вас, и я приму любое ваше решение.

Я закончил приветственную речь и посмотрел на таких разных, но так сблизившихся людей, что ехали со мной на одном микроавтобусе в академию.

Глубокий след морщин, вне зависимости от возраста, полные грусти и меланхолии глаза – это всё осталось, и будет с ними до конца их дней, независимо от их душевного состояния.

Они выжили. Они прошли ад. И они вернулись. Вместе со мной. Многие погибли на этом пути. Не каждого нам удалось даже похоронить.

Я передал фамилии всех пленников, кого знал. Всех, кто попал в зиккурат Эрна.

И у многих в досье вместо «пропавший без вести» появился сухой красный штамп с пятью буквами «Мёртв».

Я не питаю иллюзий. Выжить в тех условиях было практически невозможно. И если бы не предвидение Куратора и наше совместное планирование, мы бы тоже не выжили…

Остались лишь семеро, что вместе со мной и Оливией добрались до побережья Атлантики.

Дерек – молодой парень 20 лет, коренной американец, выросший в эмиграции и вернувшийся спасать родину. Его история была похожа на миллион других историй.

Но ясный ум и усердие позволили ему выжить и дойти до сюда.

Ларс – бывший боксёр из Юты, был коренным уроженцем Дании из королевства Скандия. К своим 44 годам он отдал дочку замуж, собрал вещи из боксёрского зала, где последние годы работал тренером, и выдвинулся в мобилизационные пункт. Один из миллионов героев, из-за которых держится человечество.

Юзеф – боевой медбрат из Израиля, при мне стал специалистом по сбору нишятков, полезных для выживания. Он первым начал подначивать всех шутками о пробудившейся крови, действуя на опережение.

К своим тридцати трём вполне бы мог заниматься семьёй, растить детей, но, как и большинство его братьев, сражался на фронте добровольцем. Тем не менее, с учётом двух маленьких детей, надежды на то, что он останется со мной и дальше, я не испытывал.

Был также и представитель Российской империи, брат-бурят Артём, несостоявшийся потомственный лесничий, двадцати шести лет от роду.