Необыкновенные истории обыкновенного мальчика

Катька тоже удивлённо посмотрела на меня.

Я шепнул ей в ухо:

– Это, наверное, не кукольный спектакль будет. Твоя мама что-то напутала.

Катька пожала плечами. А в это время заиграла музыка, и на сцену вышел человек. Обыкновенный человек, вовсе не кукла. На голове у него был колпак с бубенчиками. Он раскланялся перед всеми и сказал, что сейчас расскажет нам удивительную историю про куклу Чучу. И действо началось.

На сцену выбежали куклы. Да, да! Именно выбежали. Разного размера – и большие, ростом с меня, и маленькие, ростом с Катькиного брата.

Я смотрел во все глаза, и не мог понять – как эти куклы, сами, передвигаются по сцене? Рассказчик ходил между ними, о чём-то спрашивал их. Куклы отвечали, кивали в ответ своими кукольными головами, пели и танцевали.

Я глянул на Катьку. Она сидела и с открытым ртом смотрела на сцену. Я не удержался и ткнул её в бок:

– Слушай, – тихо спросил я, – а как это эти куклы сами ходят? Они живые что ли?

Катька, так же тихо, восхищённо прошептала:

– Не зна-а-ю…

Я посмотрел по сторонам.

Все очень внимательно наблюдали за тем, что происходит на сцене. Даже Тамара Павловна перестала следить за нами и тоже неотрывно смотрела на кукол.

А происходило там вот что. Кукла эта, по имени Чуча, долгие годы служила в театре. Не работала, как на заводе, например, а именно служила. Потому что в театре служат искусству. А потом она состарилась и её уволили. И она поселилась в театральном чулане. Там она плакала от горя. Бедная Чуча! А в чулане жил старый занавес и кукла Петрушка, а ещё швабра, ведро и много ещё всякого театрального хлама.

И вот Чуча там сидела на сундуке и плакала, а Петрушка веселил всех. А занавес рассказывал всякие небылицы из жизни театра. Мне очень жалко стало Чучу. А Катя даже всхлипнула, когда Чуча стала плакать в чулане. Я тогда дёрнул её за рукав и спросил:

– Ты чего, Кать?

Катька опять всхлипнула и сказала:

– Жалко Чучу.

– Ну, это же неправда. Это спектакль, – попытался я утешить Берёзкину.

А Катя шмыгнула носом и говорит:

– А вдруг и правда? Может, она настоящая?

Сзади в спину меня ткнул какой-то мальчишка и прошипел:

– Тихо вы! Мешаете!

Я обернулся и тоже хотел ткнуть его.

Но потом вспомнил наставления мамы про культурного человека. И не стал. А даже, наоборот, улыбнулся в ответ и сказал:

– Извини. Больше не будем.

Потом я снова стал смотреть спектакль, но мысли о куклах не давали покоя.

И вот мне в голову пришла гениальная идея.