Асоциален

– Ишь ты, чего удумал! У нас полчаса занятий и пятнадцать минут массажа на очереди. Давай, не ленись! Награду нужно заслужить! Зря мы тебе, что ли, смещение позвонков исправляли пять часов на операционном столе?

– Так вот что на спине чешется? Раны заживают? – задал я вопрос, избегая грубых выражений и истекая потом.

– Да, красавчик. Подлатали мы тебя знатно. Давай беги к каталке, я пока Дюка позову, поможет тебе залезть на неё.

Она вышла и вернулась спустя мгновение вместе с молчащим «шкафом».

Ну а я бежал. Шаг за шагом. По паре сантиметров. И наконец дошёл, уже практически теряя сознание от накатывающей боли. Затем с помощью Дюка забрался на койку.

Джулия вновь выгнала громилу, нажала на кнопку блокировки двери и затемнила окна до состояния, близкого к непрозрачному матовому стеклу. Затем вернулась к каталке и вывела её немного в сторону, поглядывая на камеру, установленную в углу комнаты. Теперь меня и камеру разделяла большая медицинская ширма, которая была стандартной в каждом процедурном кабинете.

Она отошла к шкафчику и начала доставать многочисленные бутылочки, мази, массажёры и прочее. Пока она там копалась, наклонившись и позволяя мне любоваться удивительной картиной, организм сделал очередную попытку воззвать к инстинктам. Это не скрылось от глаз обворожительной медсестры в коротком халатике с глубоким декольте.

– Мистер Соколов. Скажите, вы умеете хранить тайны? – она элегантно закрыла дверцу шкафчика ногой и продефилировала к моей каталке.

– Странный вопрос. Давайте перейдём на ты, Джулия? – я, слегка смущаясь, продолжал смотреть на неё, восхищаясь женственной красотой.

– Хорошо, так и каков ваш ответ? – она подошла к кушетке и улыбнулась, стягивая тёмные, как безлунная ночь, волосы в хвост.

– Безусловно, умею. А к чему этот вопрос? – удивился я.

– Дело в том, что в мои должностные обязанности на сегодня входит выполнение лечебного массажа вашей спины… Вот только незадача.

Как я смогу промассажировать вашу спину, когда такая преграда мешает вам перевернуться? – её рука заскользила вниз по раскрашенной в горошек больничной робе, после чего юркнула под одежду и вновь стала подниматься выше.

«И чем я ей так интересен? Или просто повезло, и я стал жертвой этой хищницы, что искала на сегодня развлечение?» – я недоумевал, но виду не подал. Благо, этим утром мне помогли помыться, и я не ощущал себя грязной свиньёй.