Асоциален

– ПОЗДНО ПРОСИТЬ ПОЩАДЫ! ДАЖЕ ТАК, ТЫ НЕ ИСПЫТАЕШЬ И ТЫСЯЧНОЙ ДОЛИ ТОЙ БОЛИ, ЧТО Я ПЕРЕЖИЛ! МЕРЗАВЕЦ! – мужчина выхватил из рукава стальной прутик, высоко занёс его над моей грудью и закрыл глаза.

В этот момент дверь бесшумно отъехала в сторону, и появившийся офицер моментально среагировал, доставая из кобуры нечто напоминающее пистолет и производя выстрел в сторону непонятного мстителя.

Мгновение, и нерадивый убийца сваливается как подкошенный прямо на меня, вызывая многочисленные приступы боли, до этого прятавшиеся по всему телу.

Подоспевшие санитары, врач и мой спаситель сняли с меня тело тяжело кряхтящего мстителя. Я прикрыл глаза, ведь так легче было переносить боль, накатывающую, словно прилив, на моё полуживое тело.

– Что, досталось тебе? Ну так, а чего ты ждал, сотворив такое? Повезло тебе, что меня врач позвал. Надо бы охрану поставить возле твоей палаты… Не переживай, за всё заплатит государство, а ты уже когда-нибудь ему вернёшь, – рассказал мой спаситель.

«Салливан Митке. Социальный рейтинг 326».

Не знаю, что это за надпись, но надеюсь, что как можно скорее приду в себя, и мне объяснят, что тут вообще происходит.

– Мыыы… Аааа… – я промычал, пытаясь задать вопрос человеку в коричневом деловом костюме, идеально подогнанном под его фигуру. Но язык, как и прежде, не слушался.

– Док, чё это он мычит? – повернул голову в сторону носителя белого халата и ухоженной бороды мистер Салливан.

– Последствия коктейля «Пробуждение». Он всё понимает, но для восстановления речевого аппарата понадобится минут десять-пятнадцать, – ответил что-то записывающий на планшет с экранов прикреплённого ко мне оборудования доктор, надпись над головой которого я не смог рассмотреть.

– А зачем вы меня позвали в таком случае? Как мне проводить допрос? – раздражённо отметил… Следователь? Это ведь следователь, да? К моему появлению в этой больнице всё больше и больше вопросов.

– Так вы сами и потребовали сразу же вас позвать. Всё, занимайтесь, не буду вам мешать, – сказал док и ушёл, оставив нас одних.

Мы просидели около десяти минут практически в полной тишине. Лишь повторяющийся писк медицинских приборов да шум поднимающегося ветра за окном разбавляли нашу молчаливую компанию.

Внезапно мне будто прокололи язык, и из него убралась лишняя жидкость.