Поездатое путешествие. Том 3. Путешествие в никуда

С земли открывается прицельный огонь, и я вынужден пригнуться. Конструкция явно не справляется с потоком пуль. Пол из гнилых досок прошивают насквозь. Становится жарковато. И щит вызывать неудобно.

– ПЯТЬ! Я ИДУ ИСКАТЬ!

Стремительный прыжок к противнику, щедрая перестрелка, щит проседает до 27 процентов. А жизнь врагов до нуля. Лишь один обвешанный системными шмотками вражина умудрился ускакать какими-то короткими, телепортирующими на расстояние до десяти метров за раз прыжками. Пока я закончил со всеми во дворе и двинул дальше, его и след простыл.

Внезапно со стороны ворот храма ко мне прилетела граната.

ЗОНА КОНТРОЛЯ!

Словил сферой гранату, замедлил падение. Стремительно под своей новой ускоряющей способностью двинулся к закрывающимся воротам храма. Промчался более двадцати метров и успел схватить дверь. Доминирующей над противником силой дёрнул её вместе с противником, державшимся за металлическое кольцо. Тот врезался башкой в дверь и, сломав с хрустом шею, упал. Со стороны лавок жиденький, не такой, как раньше, полился поток пуль и даже парочка заклинаний.

Не встречал такого. Каменные пули? Шрапнель? Непонятно. И уже не узнаю.

Выстрел из морфа никакая деревянная лавочка не отразит.

Вроде всё. В магическом зрении парочку людей уловил в задней части здания. Попрыгунчика, а я его интенсивность сверкания запомнил, нигде не было видно.

Я убедился в кончине противников, огляделся. Матерь Божья. Это куда я попал? Сатанисты, что ли, храм захватили? Ну да, по-любому. Символы, знаки, отрезанные головы.

Я вышел на свежий воздух и проблевался. Многое я видел, но это… Такое даже условно нормальный человек не сможет нормально воспринять.

Запертыми оказались местный священник, двое его помощников, с которых сатанисты сцеживали кровь для своих рисунков. В соседней клетке полуживой сидел полицейский и две молодые, лет по 15-17, девушки. Вид у одного был… побитый… у двух других… потасканный.

Достал неприкосновенный запас зелий и стал приводить их в чувства. Первым в себя пришёл полицейский.

Я обрисовал ему нынешнюю ситуацию и посоветовал где-нибудь схорониться. Вдвоём мы перенесли обессиленных пленников в соседний разграбленный, но относительно целый дом священника. Я оставил им немного еды, последние зелья здоровья и оружие. Сказал сидеть тихо и ждать помощи. Максимум, завтра до обеда за ними придут. Скажут, что от Лида.

Он поблагодарил меня, вытер скупую мужскую слезу, глядя на искалеченных пленников, и поблагодарил, пожелал удачи.