Башня Континуума. Слава Резонансу

Считалось, что часы эти отсчитывают минуты и секунды, оставшиеся врагам Альянса и революции до мучительной кончины. Выбравшись из-за стола, Дэниэл едва успел встать по стойке смирно, когда состоялось торжественное явление Первого Консула со свитой.

В кабинете сразу сделалось не протолкнуться от помощников, секретарей, советников и охранников генерала – модифицированных штурмовых юнитов ранга АААВ1, обладающих чудовищными габаритами, сверхъестественной реакцией и скоростью, а также классом брони, позволяющим им пережить прямое попадание из плазменной ракетницы.

Впрочем, Вольф совсем не терялся на их фоне. В свои сорок восемь генерал находился самом расцвете сил и отменного здоровья. Он был огромен и несокрушим, как скала. Не стоило забывать, что он сам представлял военного юнита ранга АААА, то есть был нафарширован боевыми иплантами и во мгновение ока мог перейти от лозунгов к делу, превратившись в безукоризненную машину истребления.

– Добрый день, мистер Ланкастер, как поживаете.

– Вы – мой кумир, всегда им были, – только и сумел выговорить Дэниэл, сраженный крепостью генеральского рукопожатия.

– Да полноте, – отозвался Вольф любезно, но в лице его отобразился немой вопрос. Он явно чего-то ждал. Что ему было нужно? Дэниэл слегка растерялся, по счастью, на помощь пришел секретарь, пробившийся к боссу через толпу приближенных Первого Консула.

– Господин президент, позвольте обратиться.

– Ну?

– Полагаю, будет в высшей степени уместно, если вы от всех нас, особенно от вас лично, вручите Первому Консулу небольшой подарок в знак нашего глубочайшего уважения и восхищения величайшим политическим лидером современности.

– Да вы меня смущаете, – прогрохотал генерал, буквально вырвал из рук секретаря плоский черный футляр, открыл и засиял, увидев эксклюзивную модель спин-передатчика Девятьсот Двадцать с корпусом из чистой платины, щедро украшенном алмазами, сапфирами и бриллиантами, со встроенным тепловизором, биосканнером, прибором ночного видения и еще четырьмя десятками дополнительных функций – впридачу к трем десяткам стандартных.

Подобную модель Девятьсот Двадцатого невозможно было купить в магазинах. Их собирали вручную с учетом персональных вкусов и предпочтений для высочайших особ и персон особой важности.