Где-то далеко…

 – и она с волнением всматривалась в глаза Федора. Материнское сердце всегда надеется на чудо, как ни печальна действительность. Надежда умирает последней…

– Вы знаете, я потерял покой. Мне уже две недели каждую ночь снится Василий. Я вижу один и тот же сон. Как он резко свалился воду вместе со спиннингом, но так и не выпустил его из рук. Хотя я еще успел крикнуть ему об этом. Я тут же нырнул вслед за Васей, но его нигде не было.

– Да, видно, сынок мой не захотел расстаться с подарком дяди. Это он привез ему спиннинг в подарок.

– О каком дяде вы говорите, Вера Николаевна?

– Тем летом приезжал в гости к нам мой брат Борька. Спиннинг подарил Васе. На рыбалку все время они ходили вместе. Ну, правда, не так уж часто и ходили, вы же в это время сдавали выпускные экзамены. Так, Феденька, расскажи, что было в этом сне дальше.

– Вот из-за этого сна я и не сплю, Вера Николаевна, уже две недели. Специально приехал, чтобы рассказать вам. Что-то необъяснимое в этом сне. Васька каждый раз выныривает из воды и отчаянно кричит, обращаясь ко мне, чтобы я его спас.

Но его кто-то хватает и тянет на дно. Через несколько секунд его голова снова появляется над водой, и он снова успевает крикнуть мне, чтобы я его спас. Этот сон каждую ночь повторяется в точности.

У матери затряслись руки, она теребила носовой платочек, уже совсем мокрый от слез, и твердила всего несколько слов:

– Васенька жив! Мое материнское сердце тоже это чувствует. Он просит тебя помочь. Сон вещий, это не случайность! Ох! – мать схватилась за сердце.

Она медленно осела на пол. У нее еще хватило сил рукой показать на стол, где лежали таблетки. Федор быстро подал ей пакет. Она наощупь, даже не открывая глаз, выбрала нужную таблетку и сунула под язык. Через несколько минут она смогла шепотом говорить, хотя была еще слаба, у бедной матери уже не оставалось сил жить на этом свете. Федор поднял бедную женщину и усадил на стул.

– Ой, Феденька, никакого здоровья не осталось. Прости, что заставляю тебя волноваться. Сейчас все пройдет.

Нелегко терять близких. Особенно детей. – Слезы снова потекли струйкой по щекам…

Но весть, принесенная Федором, показалась ей такой важной, что у несчастной заплаканной женщины как будто открылось второе дыхание. Она о чем-то сосредоточенно думала, молча, не говоря ни слова. Потом решительно поднялась со стула и взволнованно обратилась к Федору:

– Сынок, ты не уходи пока никуда. Посиди, подожди меня здесь. Выпей чайку. Вскипяти чайник и налей сам.