Где-то далеко…

Я рад, что мы встретились, и ты согласилась мне помочь.

Девушка нетерпеливо крутила в руках кусочек бумажного листа, с датой смерти Васьки, тем самым переключая и Федора на режим работы в чрезвычайных ситуациях.

– Сейчас расскажу тебе все подробности, Элена!

– Федя, давай построим беседу так. Ты говори все, начиная с детства, а я буду периодически задавать вопросы, если они у меня появятся. Итак, рассказывай буквально все, что только вспомнишь.

Федор начал рассказ о дружбе между ним и Василием, начиная с детского садика.

Школьные годы, выпускные экзамены. Рассказал об их мечте стать капитанами дальнего плавания, прославиться, стать настоящими мужчинами. И вот эти сны… Рассказал, что пока Вера Николаевна, Васькина мать, бегала к гадалке, чтобы рассказать ей о снах Федора, он нашел в макете судна этот клочок бумаги с датой. Эта записка написана рукой Василия. И это число оказалось датой смерти друга.

Взволнованная Элена даже подскочила при этих словах:

– Федя, давай теперь вернемся к тому, что предшествовало этому дню.

Помнишь ли ты что-нибудь из ряда вон выходящее, что могло тогда происходить вокруг Василия?

Федор выдвинул на середину стола пять томов Крестного отца и нервно произнес:

– Посмотри, Элена, единственное, что тогда могло произойти, это приезд в гости брата Васькиной мамы – Бориса. Мне Вера Николаевна сказала, что эти пять томов Ваське подарил именно Борис.

В глазах Элены светился такой огонь нетерпения, она как будто уже шла по следу Васьки… А Федор, стараясь не упустить ни единой мелочи, рассказывал, как они сдавали экзамены, как Васька еще находил время бегать со своим приезжим дядюшкой на рыбалку, как в эти дни он почти не встречался с Федором, виделись они только на экзаменах.

Потом выпускной вечер, странные слова Василия, сказанные директору школы о будущих достижениях… Федор в подробностях описал сцену исчезновения друга под водой.

Рассказал и о длительных поисковых работах, как МЧС-ники тралами исследовали омут, в котором исчез Васька, а затем по течению реки еще десяток километров.

Но труп так и не был найден.

Вспомнил Федор и о странной надписи на памятнике на могиле Василия. Мать, с позиции Федора, сделала весьма странную запись, из которой следовало, что мать еще тогда до конца не верила, что тело ее единственного сыночка покоится на дне реки под какой-нибудь ветвистой корягой и может никогда не всплыть.