Башня континуума. Владетель. Том 1

В том числе, и я. Посмотрите, я похож на ясновидящего? Я гадаю на кофейной гуще или костях мертвых животных? У меня во лбу горит третий глаз?

– Н-нет.

– И умоляю, прекратите заводить нелепые разговоры о деньгах.

– Но ведь я…

– Тсс.

– Но ведь мне…

– Тсс.

Шарлотта покорно замолчала. Хорошо. Ей было о чем поразмыслить и кроме ужасной арендной платы. Через четверть часа она встречалась с леди Милфорд, пятой законной супругой лорда Торнтона. В субботу Серафина устраивала в картинной галерее очередной перфоманс, и хотела обсудить с Шарлоттой цветочное оформление грядущего светского события.

С самим лордом Торнтоном Шарлотта была знакома весьма поверхностно, но, в целом, он был симпатичен ей, и она не переставала ломать голову, какая злая сила заставила его жениться на Серафине. Едва ли в целом свете могло найтись второе столь бессодержательное, мелочное, вздорное, глуповатое существо. Большую часть дня она проводила в галерее, продавая антиквариат и произведения абстрактного искусства, устраивала дорогостоящие вечеринки, воображая себя покровительницей искусств, и пичкала четырех своих злющих болонок устрицами и шампанским.

Что самое плохое, она давно пристрастилась к Мыслераспылителю и страдала от безнадежной наркомании. От наркотика мозг Серафины, и без того выданный ей природой в качестве пластикового декора, дымился, плавился и напрочь отказывался функционировать.

Лорд Ланкастер тоже был неплохо знаком с Серафиной и оттого правильно истолковал кислое выражение, обозначившееся у Шарлотты на лице.

– Серафина?

– Да. В субботу она устраивает в галерее культурное мероприятие, и хочет, чтобы я зашла к ней, поговорить о цветах. И закусках.

– Вы стали заниматься закусками? – удивился лорд Ланкастер.

– Нет, но мне гораздо проще позвонить в ресторан и заказать закуски и напитки, и нанять официантов, чем объяснятся с Серафиной. Не хочу жаловаться, но в последнее время с ней не так уж легко общаться.

– Это все из-за наркотиков. Эта дрянь разрушает мозг, – сказал лорд Ланкастер нравоучительно.

– Понимаю, но, знаете ли, в последнее время я всерьез начинаю беспокоиться о ее душевном здоровье. Помните, в галерее есть зеркальный зал? Белые стены, белый потолок, белый дощатый пол, и повсюду – зеркала…

– Помню. Ужасное место.

Да, место ужасное, попросту пугающее, хотя задумка создателей зала заключалась совершенно в другом.