Жар-птица

«Лезет не в свое дело» – зло подумала она, но как – то очнулась вдруг, словно проснулась. Кругом было много народу, куча машин облепила ресторан со всех сторон. Войдя внутрь, она увидела приготовленное ей место, рядом с родителями. Свекровь была никакая, продолжала тихо причитать, свекр пил водку, рюмку за рюмкой. Столы ломились от еды, но кушать она не хотела. Лиля вдруг вспомнила свадьбу. Какая же шикарная была у них свадьба! Как ярко начиналась жизнь! Как все было красиво, и главное, кругом счастливые лица! И как плачевно закончилось, думала она глядя на печальные лица родни и убитых горем родителей.

Пожалуй, я действительно уеду к Марине. Не стоит больше возвращаться к свекрови, теперь это уже не мой дом и даже не наш. Тем более, что еще есть два сына, будет любить их, так устроена жизнь, а я там и не нужна буду. Нужно на вещи смотреть реально. Решив прервать горестные размышления, она сказала брату Игоря, что плохо себя чувствует, и ей надо уехать.

– Скажи предкам, что я на днях заеду – попросила она, попрощавшись.

– Ладно, не теряйся, звони – сказал Саша проникновенно, по – родственному.

Лиля позвала Ирину, и они уехали к ней. Там Лиля дала волю своим чувствам, и Ирина не зная, как утешить подругу, только подливала и подливала коньяк в стопки, и они так набрались и наревелись, что отключились обе. Проснувшись ночью от страшного сушняка, Лиля с ужасом вспомнила, что не позвонила сестре, но теперь уже до утра придется ждать, не ночью же звонить. Ей хотелось горячего чаю, но было неудобно ночью шастать по чужой кухне, и она, взяв кружку и бутылку минералки, вернулась обратно в комнату, где спала.

Лежа на кровати, она хотела обдумать свою дальнейшую жизнь, но была очень слаба, слезы навернулись на глаза, и она тихо плача, незаметно уснула. Утром, пока Ирина делала окрошку, она позвонила сестре, что сейчас приедет за Владькой.

– А зачем ты хочешь забрать его, в таком состоянии? Отлежись хотя бы день, да и ребенок тоже страдает.

К тому же у Лили на нервной почве, отнялась поясница, и не то чтобы поднять ребенка, или что – то делать, она с трудом передвигалась с перекошенным от боли лицом.

– Сказала забрать, еще и отчитала, почему вчера не забрала.

– Господи! Ну и сука же, сволочь паршивая! Тоже, мне, родня называется! Сейчас будет всю жизнь выговаривать.

– А то! Как – то бы вот еще до дому суметь добраться.

– До какого дома? Сразу езжай к Марине с Вовой! Привыкай там теперь жить.